Книга Операция «Пепел», страница 32 – Валерий Барабашов

— Версию «убийца среди бывших зэков» мы обязаны отработать особенно тщательно, – просто сказал Сидорчук, закуривая и закрывая папочку с протоколом допроса Реутова. – Конечно, Глухову мог убить и новичок, залетный гастролер, кто угодно. Но эта публика, – он коснулся пальцами папочки, – особенно изощренна и опасна. Он себе и алиби обеспечит, и все мелочи обдумает. Опыт.

— Я понимаю, Михаил Васильевич.

— А раз понимаешь, давай сейчас на поезд и поезжай в Придонск, на базу облпотребсоюза. Поспрашивай там тех, с кем Реутов контактировал в день исчезновения Глуховой, документы посмотри. Когда прибыл, кто грузил, что грузил, когда Реутов уехал. А мы тут пока другими делами займемся.

…Сидорчук не стал, разумеется, говорить Макашову, какими именно делами собирался он заниматься в отсутствие лейтенанта. Тому вовсе не обязательно было об этом знать. Тем более что речь шла о сугубо оперативной, секретной работе, о действиях старшего лейтенанта милиции Хуторянской, которая, выполняя роль «случайной пассажирки», дней десять уже каталась с интересующими уголовный розыск водителями по дорогам, прилегающим к Бабурину.

Обставлялось это просто: за нужной машиной увязывался неприметный «жигуленок», Хуторянскую высаживали где-нибудь на дороге, в населенном пункте или на перекрестке магистралей, она голосовала, просила подвезти.

Ничего существенного за эти дни не произошло. Интересующие уголовный розыск водители вели себя вполне прилично, никто из согласившихся подвезти симпатичную девушку не позволил себе ничего лишнего, не заставил старлея милиции выхватывать из-под куртки «макаров». Хуторянская, безусловно, сумела бы за себя постоять, девушка она была боевая, не из робкого десятка. Да и знала: в полукилометре за ней катит опергруппа, которая прекрасно слышит разговоры в кабине грузовика или легковушки – на правой лодыжке Людмилы закреплен скотчем миниатюрный радиопередатчик.

Конечно, опергруппа знала, куда именно едет нынче Реутов: диспетчер автохозяйства, предупрежденный майором Елецких (именно он сидел за рулем серенького «жигуленка») об ответственности за разглашение тайны, дала соответствующую справку. И даже прокомментировала:

— В Хоперске ему надо быть к десяти, мы там закупаем сахар. Погрузка займет часа полтора, не больше, грузчики местные, не наши, Реутов едет один. Задержки в пути бывают, конечно: двигатель забарахлит, колесо спустит. Но у него хорошая машина, новая. И шофер он хороший, грузовик у него редко ломается. А час-другой водитель в пути может потерять, движение на трассах напряженное, скорость ограничена, ГАИ, или как она там сейчас называется… ГИБДД, ага, шоферов трясут. Так что на поездку, как правило, день и уходит, мы рабочий день водителя так и планируем. Рано утром уехал, к ночи должен быть дома.

— Спасибо, – поблагодарил Елецких диспетчера. – Все понятно.

Оперативники, не светясь, потихоньку проводили Реутова до Хоперска, издали понаблюдали за погрузкой мешков с сахаром, а на обратном пути высадили Хуторянскую у села Ильменское, на его окраине.

Хуторянская, завидев ЗИЛ Реутова, отчаянно замахала рукой – подвези, ради Бога! Уморилась стоять, а день уже к вечеру катится.

В руках Людмилы – небольшая дорожная сумка, сама она в легкой кожаной куртке, в джинсах и кедах – обычный вид современной женщины, налегке отправившейся в недалекое путешествие.