Книга Инициация, страница 13 – Оратор

— Фух. Удивлённо вздохнул Ярополк. И как давно ты это планировал?

— С самого начала это был план под номером 4, самый паршивый из всех.

— Святополк пойдёт? Спросил дед, скрестив пальцы.

— Во вторую жёлтую? Там опытные нукеры могут все помереть, не то что он. Отец, хоть убей не пущу его туда. Тяжело и устало произнёс Владимир.

— Ладно, у меня есть встречное предложение.

— Говори. Но ты понимаешь, что тебе нельзя куда-то пропадать из поместья, это может спровоцировать Сабуров.

— Ватаги под стягом Угэдея из бывших крестьян ходят в рейды, с одним инструктором, без старших. Старый лис проверяет, кто из них будет достоин войти в дружину, отправим внука вместе с ними, на нём долг жизни не откажет.

— Замечательно. Тяжелее обычного вздохнул Владимир. И как ты скроешь его отсутствие?

— Возьмёшь кредит у Угэдея под расписку, якобы для отправки сына в столичную академию.

— У нас же остались сбережения с ваших рейдов? И Сабуров мгновенно прознает, если сын не доберётся до столицы.

— Ехать до столицы полтора месяца, плюс вступительные испытания, плюс это обитель пурпуровых домов, они не сильно любят, когда в их дела лезут уж слишком нагло. И того у нас будет два месяца в запасе, а про то, что у нас есть гривны в схроне, лучше никому не знать, пусть думают, что мы слабые. И да, ты ранг поднимать собираешься?

— Видимо, придётся, но прогресс в моём случае будет не шибко большим.

— На. Произнёс дед, вываливая табак в мешочках красноватого цвета из кармана.

— Даже не буду спрашивать, откуда и почему лежит у тебя в кармане, но ты хочешь сказать, что Ратибор всё это время её? Произнёс он, не добавив слово «курил». Ты веришь в то, что так можно поднять ранг?

— Знаю, мы то, что мы дышим.

— Так он же уже совершил три прорыва, четвёртый абсолютно невозможен!

— Он верит в то, что результат можно поднять ещё на пару процентов, не полноценный прорыв, но всё же. Соврал Ярополк, зная, что сын не готов к правде. Сколько тебе осталось до Витязя?

— Пару процентов, я уже на закипании.

— Да будет так, сын, да даруют прородители нам успех. Произнёс он встав из-за стола и пожав руку сына, в ней не было привычной слабости, лишь твёрдая решимость сделать всё ради будущего Святополка.

Рюмочная «Зелёнка»

Село Антоновка

— Красавица, подлей побольше, ваш самогон вообще не берёт. Произнёс боец, без мочки уха, весь в блеклых, едва видных жёлтых пятнах, явно следствие походов в зону выше его ранга.

— Да куда больше-то? Тётя Таня говорила, вам больше и не надо, ответила чуть сжавшись молодая девушка со светлыми волосами, вспомнив хозяйку.

— Для кого тётя Таня, а для кого соседская девочка Танюша. Беззлобно сказал второй боец, в годах ближе к Ярополку, жуя сушенную конину. Это нас Засечниками пробирало, сейчас этот самогон что вода.

— Эх, бродяги, и за что вы на мою душу-то свалились? Хоть драться-то пьяными не будете? Вопрошала женщина, появившаяся из служебного входа с пакетами, полными продуктов.

— Кто ж его знает, Тань, лучше подлей, и так на душе погано, распустили нас в отпуск, тьфу! Войны до мозга костей, а жёлтой скверной не дышали года два ей прародители херово. Словно в воздух сказал старый боец, скорчив пьяное лицо лихого толку.

Весь спектакль предназначался для окружающих, к вечеру все должны знать, что дружина Лютояровых спускает деньги в рюмочной и ноет, как жалкие псы.