Книга Два тревожных дня майора Ковалева, страница 142 – Василий Моисеев

А место казах выбрал действительно бойкое, людской поток не редеет ни на минуту. Одни идут от площади Победы в сторону железнодорожного вокзала, другие в обратном направлении, третьи и вовсе толкаются среди палаток с целью что-нибудь купить. И неброская палатка казахского предпринимателя у всех на виду. Ни один покупатель, желающий полакомиться «чистым медом и райским наслаждением», не пройдет мимо.

— Смотри, дорогой, – казах щедро повел рукой в сторону горки, – выбирай любые, какие на тебя смотрят. Не стесняйся. Лапай, щупай, нюхай, пробуй… У Рахата все можно. Рахат такой же открытый, как степной ветер.

Сильное сравнение. И искреннее. После такого приема неудобно обманывать и прикидываться. Вадим проверил на ощупь несколько дынь, некоторые из них были слишком уж мягкие, явно не первой свежести. Видимо, пролежали в ожидании своего покупателя не один день. Значит, первоначально определенная детективом примерная прибыль торговца на самом деле значительно меньше. К тому же наверняка немалым бременем сказывается арендная плата за такое бойкое место.

Сомнения покупателя торговец расценил по-своему и поспешил их развеять:

— Не волнуйся, дорогой, мягкие дыни не хуже плотных и твердых, а то и лучше. Значит, в самом соку. Спелые, зрелые, в самый раз кушать. Дыни не покупают для хранения, дыни покупают кушать. Такой плод служит для радости, а не для запаса. Согласен?

— Согласен, – кивнул Ковалев и не без сожаления вернул плод «радости» на место. И подумал, насколько неблагодарна все-таки у него работа. Не дай бог, если Звягинцев ошибся и за этим казахом ничего нет. А тот словно почувствовал что-то неладное и теперь уже смотрел на покупателя молча, не убеждая в достоинствах своего товара. Понял, наверное, что покупатель из парня никудышный. И все же сильно удивился, когда Вадим показал ему служебное удостоверение. А чтобы у предпринимателя не возникли ненужные вопросы и мысли по поводу разыгранного им небольшого спектакля, пояснил:

— Никому из ваших друзей, уважаемый Рахат-джан, о появлении у вас милиции знать необязательно. Об этом им лучше вообще не знать. В ваших же интересах.

Казах постарался сохранить на круглом лице безмятежное выражение. Его тонкие брови изогнулись дугой, под самую тюбетейку.

— Почему, дорогой? У Рахата нет секретов. Ни от покупателей, ни от друзей. Мне нечего бояться, я за всю свою жизнь ни разу в чужой карман не заглянул. Чужой копейки не взял. Никого не обманул.

— Тем лучше, – улыбнулся Вадим, и казаху показалось, что майор будет только рад, если его незапятнанная биография получит подтверждение, – значит, наше знакомство не станет долгим. Но в управление все равно придется проехать. Так закон требует. У вас бизнес, у меня начальство.

— Зачем в милицию, дорогой? – предложенный вариант казаха не прельстил. – Почему не здесь? Здесь никто не помешает. Задавай свои вопросы, Рахат все скажет.

Однако такой вариант не устраивал детектива. Казаха обязательно надо было доставить в управление, хотя бы на несколько минут. Это было важной деталью задуманного ими плана общения с подозреваемым.

Ковалев беспомощно развел руками:

— Ничего не могу сделать. Надо поехать. Придется вам, Рахат-джан, на пару часов закрыть свою точку. Собирайтесь. Машина ждет.