Книга Золотая мафия, страница 22 – Василий Моисеев

Босс даже подмигнул. Весело причем, с улыбкой. Про деньги, правда, так и не заикнулся. Жаль. Крепыш тоже улыбнулся.

— Конечно, — и набрался смелости, поправил грозного шефа, — тем более привычки хорошие.

Сдержанный смешок Босса стал достойным ответом на шутку. И то хорошо. Главное, Босс остался доволен, пребывает в хорошем настроении, а что про бабки забыл, так это не беда. Сегодня забыл, а завтра вспомнит. Подумаешь, проблема. Была бы голова на плечах, а бабки — дело наживное. Крепыш уже шел к двери, когда в спину раздалось:

— Бабки завтра получишь. Не переживай.

Водитель вздрогнул. Он даже испугался, подумав, что Босс прочитал его мысли. Взявшись за ручку двери, обернулся и обиженно обронил:

— Какие переживания, Босс? Или я тебя не знаю?

Босс ничего не сказал, лишь одобрительно кивнул головой. Крепышу показалось, что Босс готов расчувствоваться от такой искренности. Грозные шефы тоже нуждаются в хороших словах, тоже могут иногда проявлять сентиментальность. Хотя бы в общении с преданными людьми. Впрочем, крепышу так только показалось. Шеф в принципе не мог быть сентиментальным, ибо это не что иное, как проявление слабости. Босс, слава богу, таким недостатком не обладал.

В коридор проходной Черенков вошел первым. Как более опытный. Он уже бывал на этом элитном предприятии и знал все заведенные здесь порядки и предъявляемые к посетителям требования. Жесткие были требования, особенно к посетителям нежелательным, к коим принадлежал убоповец. Появление милиции ни одному трудовому коллективу не приносит радости, даже какому-нибудь захудалому цеху по выпуску дешевого ширпотреба, а уж тем более заводу по производству золота. Менты опять будут что-то искать, опять ничего не найдут, только завод взбаламутят и людям настроение испортят. Ехали бы лучше на мясокомбинат, там больше пользы, там выпускаемая продукция не подвергается такому строгому учету, как на «Цветмете». И пропускной режим намного лояльней, не чета их. На комбинатской проходной совсем недавно бабушки-пенсионерки сидели, под их строгим и недремлющим оком колбасу тащили все кому не лень, даже диетчики. А доблестные труженики возрастом постарше и положением повыше — те вывозили на машинах. Хорошие были времена, сытные. Настоящее раздолье. Левой продукции хватало не только сотрудникам комбината, а и жителям близлежащих домов. Жуй не хочу. И откуда столько мяса бралось?!

— Добрый день, служивые, — поприветствовал охранников Черенков и протянул прапорщику, важно восседавшему за зарешеченным окошком, удостоверение, — мы к директору завода. Он у себя?

— Здорово, если не шутите, — откликнулся прапорщик и неторопливо взял удостоверение. Вместе с ним на проходной находились двое солдат срочников. Служивые на приветствие не отозвались, а вскинули ладони к пилоткам. Угадали, наверное, военных. Прапорщик внимательно просмотрел удостоверение, словно впервые видел милицейский документ, потом так же внимательно посмотрел на владельца и перевел взгляд на Ковалева. Вадим протянул в окошко свои «корочки», во всем почти одинаковые с черенковскими. В глазах охранника появилось удивление. Похоже, он не ожидал появления милицейских чинов в звании подполковников, тем более начальника УБОПа в паре со старшим оперуполномоченным из областного УВД. Не к добру, видать, появились.