Онлайн книга «Браконьерщина»
|
— С лагерем вопрос решён. Буквально со дня на день приедет новый хозяин, нужно будет с ним всё обойти, бумажки подписать какие… — Обойти обойду, но бумаги сами подписывайте, мне без бумаг тут лихо… Теперь встал вопрос о вывозе своих вещей, хотя их было немного, и вина, которое по-любому нужно куда-то тарить. Загрузив, сколько смог, в мотороллер, первую ходку решил увезти к отцу. Там, как назло, ждал Татарин! Увидев меня, он неподдельно обрадовался: — Отец сказал ты на работе: думаю, какая работа лучше рыбалки? – Он протянул руку. – Что, как у нас дела? Что вообще? Татарин действительно сдал. Лицо, постоянно коричневое от загара, сейчас было красным и опухшим. Глаза непрерывно бегали, не останавливаясь ни на чём и не позволяя в них взглянуть, а влажные дрожащие руки дополняли неприятное впечатление. Я вдруг разозлился. — А ничего, вообще… И новое всё по-старому. Хотел действительно у тебя поработать, да ты, оказывается, должен многим! В первый же день чуть не задавили, синяки только сошли, а Олежка в больничке киснет, в гипс упакованный – что за херня-то, дядь Володь? Мужик невесело улыбнулся, словно ощерился, и отошёл к узлам, сгруженным в тополях. Я сел рядом, решив договорить начатое, ведь в конце концов сам взялся ему помогать. — Лодку твою ходовую угробили, мотор забрали. Погреба опять вскрыли, наверное, через них и наезды, не знаю. Как теперь, что теперь будешь делать? А что с клещами? — С клещами нормально. Неделю температура под сорок держалась, потом пенсию получил, взял десятку спирта: думаю, всё одно сдыхать. В хате моей, – он взглянул теперь понятно и жалостливо, – выдали мне дети комнатку, вот я там и лечился ещё неделю. Они-то, дети, думали сдохну, а я ни в какую! Отчего теперь трясёт: от клещей или от спирта, даже не знаю, одно другому не мешает… Он вдруг вскинулся и, как раньше, зло и самоуверенно попросил, словно рассказал план дальнейшей жизни. — Увези меня на остров. Я теперь по-тихому всё исправлю. Рыбу, что осталась, до ума доведу, мотор, может, где возьму. Главное, пойми, идти мне совсем некуда. Отовсюду нагнали, комнатёнку шесть квадратов выделили. – Он страшно скорчился, пытаясь не заплакать. – А то, что я им по квартире сделал, забыли, сучьи дети. Да ладно, не то главное. Главное мне, Кирилл, нужно бабу свою найти, похоронить по закону. Начала она ко мне приходить по ночам, жалуется на жизнь, страшно… — На какую жизнь, она же утонула, чё гонишь? — Вот и утонула, а где есть-то? Пока не брошу горсть земли на гроб… неспокойно мне стало… И Олега обязательно потом привезть, как обживусь, пусть какой ни есть на глазах будет – всё родная душонка рядом… Я понимал, что нужно помогать, и, бросив все дела, увёз его. На стоянке нас встретил как ни в чём не бывало кот, не убиваемый и мрачный талисман острова. * * * Буквально на следующий день позвонили, что в лагере новое начальство. Опять, не поспав, покатил туда, надеясь, что всё решится быстро. У открытых ворот стоял красивый и совершенно неприличный в своём размере и, наверное, мощи чёрный автомобиль. Я торопливо, думая, что ждут новые собственники, побежал к толпившимся в глубине людям. Счастливым хозяином оказался невысокий, совсем молодой мужик, в модном спортивном костюме, с ломаными толстыми ушами. Не знаю почему, но я обратился именно к нему и сразу понял, что угадал. |