Книга Ангел-хранитель, страница 107 – Сара Парецки

Мистер Контрерас, очевидно, уже поджидал меня: когда я открывала парадную дверь, он стоял на лестничной площадке.

— Где вы были, дочка? Вы выглядите так, словно с кем-то дрались.

Я смущенно провела рукой по своим влажным от пота волосам:

— Я могу задать вам тот же вопрос. Мне казалось, мы должны были созвониться в час, чтобы вы убедились, что на меня никто не напал.

— Да, но я подумал, что вам не помешает получить порцию собственного лекарства. Не в тот момент, конечно, а позже, когда мне пришла в голову мысль пойти и самому поговорить с ним. Я подумал, что, конечно, Вик огорчится, когда позвонит – если позвонит, – и никто не ответит. Но я не знал, как связаться с вами, и подумал: раз вы столько раз бросали меня, не сказав ни единого слова, то вам будет не очень обидно, если вы теперь тоже немного попаритесь от волнения.

— Что ж, я рада, что вы хорошо провели меня. – Я слишком устала для того, чтобы с ним препираться. – Кстати, как долго вас не было? Пеппи, похоже, очень не терпелось выйти, когда я заскочила к вам в час.

Это был удар ниже пояса; я пожалела об этом, как только слова сорвались с моего языка. Одной из ревниво защищаемых прерогатив мистера Контрераса было то, что собака жила у него на том основании, что меня слишком подолгу не бывает дома, чтобы быть подходящей хозяйкой.

Его карие глаза затуманились от обиды.

— Это некрасиво, дочка, ведь вы знаете, что я здесь день и ночь забочусь о принцессе. Я уже много дней ни разу не выходил из дома, не подумав о том, что ей нужно, – да в любом случае я не бросил бы ее в беде.

Он тоже прятал кулаки за спину – просто пристыдил меня, вместо того чтобы развернуть массированное наступление на меня за мои периодические отлучки. Я погладила его по плечу и повернулась, чтобы идти наверх.

— Вы даже не хотите узнать, что я выяснил? – сердито спросил он.

— Да-да, конечно, хочу. Только позвольте мне сначала вымыться.

— Я жарю грудинку! – крикнул он мне вслед. – Хотите, я вам могу оставить?

Новые данные о холестерине и раке толстой кишки никак не повлияли на диету мистера Контрераса. На самом деле, может быть, годы, в течение которых он питался свиными ребрышками, и сделали его таким крепким, здоровым человеком, каким он был сейчас. Грудинка выглядела, конечно, более привлекательно после тяжелого дня, чем низкокалорийный высокопитательный обед, который я планировала. Я поблагодарила его, но предупредила, что буду готова не раньше, чем через час.

Как только я залезла в ванну, вода стала черной. Я не могла лежать в этой мерзкой жиже. Погрузившись в воду на несколько секунд, чтобы смыть с волос пот, я вылезла из ванны и спустила воду, смывая со стенок грязный след по мере того, как вода уходила. Я включила душ, но увидела, что извела всю горячую воду, наполняя ванну и моя ее.

Ругаясь про себя на чем свет стоит, я завернулась в полотенце и пошла звонить Лотти в ожидании, пока снова наполнится бак горячей воды. Когда мне никто не ответил, я набрала номер Макса. Оказалось, что она уехала к нему в Эванстон на несколько дней. Она чувствовала себя хорошо, точнее, настолько хорошо, насколько можно было ожидать, но между нами была какая-то натянутость – я чувствовала свою вину, она ощущала страх. Я постаралась уладить все как только могла, но мы расстались без нашего обычного взаимопонимания.