Книга Ожоги, страница 171 – Сара Парецки

К концу нашего разговора я была уже на грани слез. Повесила трубку и медленно пошла обратно в бар. Ладони покалывало от напряжения, но желудок успокаивала приятная теплота. В баре было уже пусто! Сэл мыла стаканы, которые ей подносил кузен. Расставив стаканы по местам, она подошла ко мне.

— Девочка, ты не передумала? Правда хочешь уйти?

Я решительно кивнула и засунула руки глубоко в карманы. Правая рука наткнулась на какой-то металлический предмет — ключи от машины. От их вида мне стало еще хуже.

Сэл не любительница демонстрировать свои чувства, но тут она подошла и порывисто обняла меня.

— Будь осторожна, Вик! Ох, не нравится мне все это.

— Зато, может быть, мне удастся совершить нечто такое… лучшее из всего, что я сделала за свою жизнь, — неестественно бодрым тоном произнесла я.

— Но если ты умрешь, то в такое хорошее место, как здесь, уже не попадешь, так что будь осторожна, слышишь? — с яростью произнесла Сэл.

— Постараюсь, Сэл.

Мюррей предложил подвезти меня до дома.

— А потом, может быть, время от времени буду наезжать и проверять, жива ли ты еще, — заметил он.

— Заткнись, Райерсон, — посоветовала Сэл. — Сегодня твой юмор висельника совсем не к месту.

Мы постояли несколько минут в неловком молчании. Вошел поздний посетитель. Сэл пошла готовить мартини, а мы с Мюрреем вышли.

Обычно мы с ним перекидываемся колючими шуточками, что называется, достаем друг друга. Сегодня я была не в состоянии отвечать на его приколы. Ладони были влажными от пота. Я вытирала их о джинсы и старалась не думать, каков будет следующий шаг Макдональда.

Мюррей довез меня до проката и подождал, пока я проверила машину, — то ли действительно из хорошего отношения ко мне, то ли в надежде на очередную сенсацию — первую-то он пропустил. Я тщательно осмотрела мотор, скорее от собственной нервозности, поскольку никто не знал, что я взяла напрокат эту машину.

Мотор завелся с толчками и грохотом, но, по крайней мере, взрыва не последовало. Мюррею, по-видимому, стало неинтересно, он развернулся и уехал, а я осталась сидеть в машине, барабаня пальцами по рулю.

Солнце уже село. Через полчаса совсем стемнеет, за это время мне Элину не отыскать. А может быть, Майкл уже нашел ее и убил, и тогда какая разница, найду я ее тело сегодня или завтра… Правда, есть еще крысы; я содрогнулась, вспомнив свои ощущения от прикосновения этих волосатых комочков.

Я нажала на газ и поехала к дому. Оставила машину на улице Нельсона, чуть западнее Расин, и прошла переулком к заднему входу.

Пеппи просто зашлась лаем, услышав, что я вошла через заднюю калитку. В дверях кухни показался мистер Контрерас — в левой руке Пеппи на коротком поводке, в правой — обломок трубы.

— А, это ты, куколка. Ну и напугала же ты меня. Я уж решил, кто-то опять пробирается к тебе.

— Спасибо, — слабым голосом вымолвила я. — Это я сама пробираюсь к себе. Не хотелось попасть в засаду на лестнице.

— Насчет этого можешь не волноваться — мы с принцессой все время начеку.

Он отпустил поводок, собака буквально взвыла, приветствуя меня. Ее хвост описывал широкие круги — трудно поверить, что это злая сторожевая собака. Я поцеловала ее, потрепала за ушами. Она, танцуя, помчалась за мной на третий этаж, уверенная, что все это — прелюдия к хорошей пробежке. Мистер Контрерас изо всех сил старался поспеть за нами.