Книга Смертельный удар, страница 56 – Сара Парецки

— Я не солгала. Пойди докажи это! Нэнси приходила тем вечером, ведь так? И ты ведь говорила ей, чтобы она порасспрашивала кое-кого из людей Юршака, так? А теперь Нэнси мертва.

Я тряхнула головой, словно мокрая собака, пытаясь прочистить свои мозги.

— Может быть, мы начнем с самого начала? Почему ты сказала мне, чтобы я прекратила поиски твоего отца?

Она уставилась на крышку стола.

— Я решила, что это несправедливо по отношению к моей матери… разнюхивать за ее спиной, хотя это так сильно огорчает ее.

— Вот тебе на! — сказала я. — Оставь это при себе! Позволь мне лучше войти в ходатайство к кардиналу Бернардину и Папе Римскому, чтобы они канонизировали тебя как блаженную. Когда это ты считалась с Луизой или с кем-либо еще, забыв о своих интересах?

— Прекрати! — крикнула она, заливаясь слезами. — Веришь ты мне или нет, мне все равно. Я люблю свою мать и не желаю, чтобы кто-то причинял ей боль, невзирая на то, что ты думаешь по этому поводу.

Я осторожно взглянула на нее. Кэролайн порой бывала способна пустить слезу, изображая сироту с трагической судьбой, но она никогда еще не сотрясалась в рыданиях.

— Ладно, — спокойно сказала я, — я беру свои слова обратно. Это было жестоко. Но это оттого, что ты натравила на меня полицейских. Чтобы проучить меня за то, что я собралась продолжать поиски?

Она шумно прочистила нос:

— Это было не так!

— Ну а что же тогда это было?

Она прикусила нижнюю губу:

— Нэнси позвонила мне во вторник утром. Она сказала, что получила угрозы по телефону и что она думает, будто кто-то преследует ее.

— Из-за чего они угрожали ей?

— Из-за завода, конечно.

— Кэролайн, я хочу, чтобы ты выражалась предельно ясно. Она сказала, что звонки касались именно завода?

Она открыла рот, затем вздохнула.

— Нет, — наконец пробормотала она. — Я просто сделала такой вывод, потому что это было последнее, о чем мы говорили перед этим.

— Но ты пошла дальше и сказала полицейским, что ее убили из-за идеи восстановления завода. И что именно я посоветовала ей, с кем поговорить о заводе. Ты понимаешь, как это оскорбительно?

— Но, Вик… Это всего лишь не совсем обдуманное предположение. Я имею в виду…

— Ты имеешь в виду мерзость! — Меня снова обуял гнев, и мой голос сделался хриплым. — Ты можешь мне сказать, есть ли какая-нибудь разница между игрой твоего воображения и реальностью? Нэнси убита. Убита! И вместо того чтобы помочь полиции найти убийцу, ты оклеветала меня, сделав свою почти сестру мишенью для их подозрений.

— Их не волнует Нэнси никоим образом. Их никто из нас здесь не волнует. — Она вскочила, и глаза ее вспыхнули. — Они испытывают политическое давление, а что касается Юршака, то Южный Чикаго для него — все равно что Южный полюс. Ты знаешь это так же хорошо, как и я. Ты прекрасно знаешь, что в последний раз он здесь у нас отремонтировал улицы, черт возьми, еще до того, как ты покинула наши края.

— Бобби Мэллори — хороший, честный, безупречный полицейский, — уверенно сказала я. — И то, что Юршак — грязная задница, никоим образом не изменит этого факта.

— Да, тебя ничто не волнует. Ты доказала это, уехав отсюда и ни разу не побывав здесь, пока я не вынудила тебя вернуться!

У меня застучало в правом виске. Я хлопнула ладонью по столу с такой силой, что несколько газет слетело на пол.