Книга Горькое лекарство, страница 106 – Сара Парецки

Практика – все-таки великая вещь при отработке хорошо спланированных акций. Я свалилась в постель и заснула безмятежным сном честной труженицы.

Проснулась я в одиннадцать, свежая и хорошо отдохнувшая. Некоторое время бездумно валялась на широкой постели, не желая нарушать покой блаженного, ленивого бытия. Утверждают, что такое чувство обычно присуще злодею, совершившему удачное преступление. Впрочем, среди тех, кого я защищала, будучи адвокатом, таких везунчиков я никогда не встречала.

Наконец я выпрыгнула из постели. Стены ванной были сплошь в зеркалах, и мне не очень понравился вид моих располневших бедер и живота. Пора, пора расставаться с блинчиками и непомерно толстыми кусками бекона... Я позвонила в бюро обслуживания, заказала фрукты, йогурт и кофе и уж только потом набрала номер клиники Лотти.

— Вик! Уже целых полчаса я думаю, не пора ли позвонить Мюррею Райерсону! С тобой все в порядке?

— Да, да. Все прекрасно. Я разделалась с госпиталем только в четыре утра, а потому сняла номер в мотеле. Приеду после обеда. Ты вечером свободна? Сможем мы просмотреть кое-какие бумаги?

Мы условились встретиться в ресторане «Дортмундер». Затем я прослушала записи моего домашнего автоответчика. Оказалось, что меня разыскивали и Райерсон, и Роулингс. Для начала позвонила Райерсону.

— Ну, добыла что-нибудь? – спросил он вместо нормального приветствия.

— Пока толком не знаю, но Лотти сможет все оценить сегодня вечером. У нас с ней встреча в ресторане «Дортмундер». Хочешь стать участником?

— Постараюсь... Ну-ка, обожди секундочку...

Пока я ждала, принесли завтрак. Я сидела, завернувшись в одеяло, когда вновь послышался голос Мюррея:

— Господи, Вик! Я очень волновался за тебя все это время. Гадал, куда посылать морских пехотинцев.

— Шомбург. А тебе в чем-нибудь подфартило?

— Мне было бы весьма полезно знать, что конкретно ищу. Даже если твой дружок Бургойн – старый добрый приятель Тома Коултера из департамента здравоохранения, я все равно не могу это доказать, нет подтверждения. В офисе Коултера никто якобы не слышал о Бургойне. И жена Тома с ним не знакома. И вообще она не распространялась насчет своего муженька. Кажется, он только тем и занимается, что беспрестанно поддает со своим боссом – Бертом Мак-Майклсом.

— Кто этот Мак-Майклс? – резко спросила я, давясь земляничным желе.

— Я же сказал, босс Коултера. Что произошло с твоей головкой в Шомбурге? И не ешь, когда разговариваешь. Тебя этому в детстве мама учила?

— Да. – Я поспешно запила ягоды глотком кофе. – Я имела в виду, какое положение занимает Мак-Майклс.

Мюррей замолчал, вероятно, сверяясь с записью в блокнотике.

— Он первый заместитель в общем отделе. Подчиняется доктору Стречи, главе департамента экологии и людских ресурсов.

— Как они отхватили эти должности? Их выбирали?

— Нет, назначали. Сам губернатор на основе законно заверенных аттестаций.

— Ясно.

Я с тоской разглядывала остатки фруктов. Смутная идейка забрезжила у меня в голове. Значит, придется опять тащиться в госпиталь ночью. Но как?

— Эй, Варшавски! Тебя там часом удар не хватил?

— Да нет, я понимаю, надо поторапливаться. Послушай, но ведь кто-то же рекомендовал этих людей? Допустим, призывает губернатор к себе медицинскую общественность штата и говорит: ну-ка, признавайтесь, какие, по вашему мнению, десять человек – лучшие в царстве здравоохранения? Я из них выберу одного и назначу властителем в княжестве людских ресурсов! Живо!!