Книга Женские секреты, страница 12 – Валентина Раскач

— Наверно, каждый раз любуясь своим отражением в зеркале, Аделаида Юрьевна про себя произносит: «Красота — страшная сила». — думал Андрей.

Еще он был уверен, что консьержка, глубоко погруженная в жизнь жильцов дома, знает про них гораздо больше, чем они сами про себя разумеют (лично про Андрея она помнила все, даже и то, что он, за ненадобностью, давно выкинул из своей памяти). К несчастью, проскользнуть незаметно не удалось, Андрея настигло густое грудное контральто Аделаиды Юрьевны:

— Добрый день, Андрей Петрович! Куда вы убегаете? Мне надо серьезно с вами поговорить.

— Добрый день, Аделаида Юрьевна! А в другой раз нельзя? Очень спешу.

— Нет, никак нельзя! Вот сегодня утром вы, наверно, тоже спешили, не так ли?

— Да, я, действительно, чуть не опоздал на работу.

— Понимаю, Андрей Петрович. Этим, конечно, можно объяснить, почему вы запамятовали оставить мне записку, что вызвали слесаря-водопроводчика. Но на будущее убедительно прошу вас все же не забывать, и желательно еще, указывать диапазон времени, когда мастер обещал прийти.

Аделаида Юрьевна укоризненно покачивала головой, не забывая при этом, как бы случайно, бросать взгляд на себя в зеркало, и продолжала нудить:

— Андрей Петрович, мы же все вместе на общем собрании жильцов постановили, чтобы не пускать в дом чужих людей, выполнять это простое правило. Вы что, забыли?

— Я прекрасно помню, что надо оставлять вам информацию, когда вызываешь мастеров, но я не вызывал сегодня водопроводчиков, Аделаида Юрьевна.

Так чистосердечно объяснил Андрей. И он уже было сделал движение по направлению к лифтам, решив, что отделался «малой кровью» от продолжительной беседы.

Консьержка оторвалась от зеркала и с недоумением растерянно посмотрела на Андрея.

— Как так? Поскольку у меня не было записки, я тотчас позвонила вашей жене. Юлия Николаевна мне сообщила, что сама она не вызывала слесаря-водопроводчика. Но, поскольку у вас плохо работает унитаз, она решила, что именно вы, Андрей Петрович, вызвали мастера, забыв и ее предупредить, поэтому открыла дверь подъезда, услышав звонок слесаря. И потом я прекрасно помню, когда водопроводчик сделал свою работу, и выходил обратно, я спросила его, что он несет в такой большой сумке? На мой вопрос мастер ответил, что хозяйка попросила выбросить старый бачок от унитаза, который он заменил. Я еще удивилась, что бачок такой большой и…

Андрей, не дослушав причитания Аделаиды Юрьевны, бросился к лифтам (к счастью, один из них стоял на первом этаже). Он уже понимал, что предчувствия не обманули — произошло что-то ужасное. Секунды в лифте показались часами, наконец, он — у порога своей квартиры. Интуитивно, не доставая ключей, толкнул дверь — странно, она оказалась открытой.

— Юлек, ты где? Принимай букет!

В квартире стояла зловещая тишина, которая убила еще теплившуюся надежду, что предчувствие беды обмануло. Ноги стали ватными, они плохо слушались Андрея, еще мешал дурацкий букет, который он с остервенением швырнул прямо на пол в прихожей. Когда Андрей ворвался в гостиную, он увидел ужасную картину:

Юля лежала на полу с пробитой головой, на ковре образовалась большое кровавое пятно. Андрей бросился к ней в надежде оказать первую помощь. Но, коснувшись Юли, понял, что спасти ее уже нельзя — тело было холодным. Андрей позвонил в полицию и сообщил о случившемся.