Книга КГБ. Бывших не бывает?, страница 36 – Валерий Пирогов

Возможно, Андропов сам дал повод для слухов о своем еврейском происхождении, когда в начале своей карьеры в автобиографиях неоднократно или уклонялся от уточнения своей родословной, или указывал противоречивые сведения. Понять его можно. Время было такое – сначала, когда преследовали дворян и богачей, надо было подтверждать свое пролетарское происхождение, потом, когда начались гонения на евреев, пришлось придумывать версию о финском происхождении матери, которая якобы была подброшена в семью Флекенштейна.

Ряд аналитиков считают, что КГБ при Андропове, имитируя борьбу с диссидентами, недостаточно активно выявляло шпионов и заговорщиков.

Тем более странно и загадочно звучат слова, произнесенные им в речи на пленуме ЦК КПСС 15 июня 1983 года: «Если говорить откровенно, мы ещё до сих пор не изучили в должной мере общество, в котором живём и трудимся». Это так напоминает горбачевское: «Всей правды вы не узнаете никогда…»

Степану, тем не менее, вскоре тоже доверили важный и специфический объект – недавно созданный Институт военно-технической информации ГРУ. Здесь ему пришлось начинать работу с нуля. Надо было самостоятельно ознакомиться и понять сложную техническую строну деятельности Института, познакомиться с личным составом, изучить людей с различных точек зрения: с одними ему предстояло тесно контактировать официально, другим доверить непростую работу по оказанию негласной помощи органам.

Не считаясь со временем, Степан взялся за дело. Изучал оперативные и аналитические документы, общался с офицерами Института, иногда по несколько раз в день, переезжая с Лубянки на Полежаевскую. Вечерами или проводил «встречи» с источниками оперативной информации, или засиживался в своем рабочем кабинете в «Стекляшке», как называли здание ГРУ. Делал это без принуждения. Работа в контрразведке была делом всей его жизни. Кроме того, не забывал народную мудрость – «сначала ты работаешь на авторитет, потом он на тебя!».

Нужно отдать должное более опытным коллегам – Вдовиченко и Кожухову, которые ежедневно «подпитывали» его информацией о том, что представляет собой ГРУ, об особенностях установления доверительных отношений с офицерами военной разведки, а также о поведении в чекистском коллективе.

Из этих знаний и многих других тонкостей работы контрразведчиков в Центральном аппарате КГБ и складывался профессионализм Степана. Но, конечно, главное он должен был сделать сам. Стать «своим» среди контрразведчиков на Лубянке и среди разведчиков в ГРУ. Постепенно оба эти коллектива приняли его.

На всю жизнь ему запомнилась первая встреча и знакомство с начальником ГРУ генералом армии Ивашутиным. Пока ждал вызова, успел познакомиться с адъютантом начальника ГРУ Игорем Поповым. Оба были болельщиками «Спартака», поэтому легко нашлась тема для разговора и радости – накануне «Спартак» одержал очередную победу. Это скрасило время ожидания приема и позволило капитану Ткаченко сдержать естественное волнение от встречи со знаменитым военачальником.

Вскоре из кабинета вышел генерал-полковник, и порученец предложил Ткаченко пройти в кабинет. Несмотря на то, что он был в гражданской одежде, Ткаченко по военному представился сидящему за столом в просторном кабинете генералу армии. Он встал, твердыми шагами подошел к контрразведчику и протянул руку для приветствия. Ивашутин оказался невысокого роста, крепко сложенным человеком, с большими залысинами на седой голове.