Книга Станция Степная, страница 147 – Владимир Цыбизов

А «купля и продажа» спортсменов в этой стране проходила очень просто. Здесь спортсмены могли выступать на состязаниях лишь от имени какого-либо спортивного общества или клуба. А чтобы вступить в члены клуба, нужно было внести определенный пай, взнос, который колебался в пределах от нескольких до многих сот тысяч долларов, в зависимости от имени спортсмена. Чем прославленнее был спортсмен, тем большую сумму требовали с него при вступлении в члены клуба.

Но где взять спортсмену такие огромные деньги? И обычно за них делали взносы или сами клубы, или частные лица, бизнесмены, но с тем условием, чтобы 75 процентов суммы завоеванных призов отчислялись в пользу клуба или этого «благодетеля».

Дело в том, что каждый клуб, выставляя от себя кандидата на межклубные состязания, вносил одновременно в общий фонд определенное количество долларов: пять, десять тысяч долларов, а то и по пятьдесят тысяч, в зависимости от общего количества участников и от качеств самого спортсмена.

В случае победы своего представителя клуб выигрывал тем больше, чем больше ставил на него. Поэтому каждому клубу интересно было заполучить к себе побольше спортсменов первого класса, «выкупить» их из других клубов.

«Выкупить» потому, что существовало такое условие: если спортсмен на первом состязании оказывался побежденным, то весь вклад за него переходил в безвозмездную собственность клуба или частного лица, внесшего за него залог.

Таким образом спортсмен оказывался в кабале, потому что заправилы клуба всегда подстраивали так, что новичок проигрывал в первом состязании. И он не мог уйти из клуба, не внеся за себя залога. Тот клуб, который переманивал его к себе, вносил этот залог, но спортсмену от этого не становилось легче, потому что хозяин менялся, а залог оставался висеть на шее.

Правда, залог не возрастал, потому что новый хозяин платил старому хозяину спортсмена «отступного» на свой страх и риск, рассчитывая заработать на новом приобретении такой куш, который с лихвой покроет все издержки на него и даст немалую прибыль.

Старый же хозяин соглашался «отпустить» спортсмена по различным причинам.

Например, клуб сомневался, что спортсмен продержится долго в форме и загонял его за определенную сумму желающим. Конечно, при этом «товар» расхваливался вовсю. Чтобы загнать его подороже, шли на обман и подкуп: проводился матч, в котором заранее были распределены места, предмет будущего торга выходил победителем, и простаки брали его в свой клуб. Такой чемпион назывался «дутым чемпионом». Ловкачи зарабатывали на них колоссальные суммы. Особенно отличался в этом деле Моррил. Он нажил на спекуляциях «дутыми чемпионами» миллионы долларов.

Но дураков на свете становится все меньше и меньше – это все замечают.

Заметил это и Моррил. Заметил, потому что его агентам становилось все труднее и труднее загонять свой «товар». Это свидетельствовало не только о том, что дураков становилось все меньше, но и о том, что морриловская фирма стала приобретать славу поставщика недоброкачественного «товара». Правда, Моррил вел все свои дела через множество подставных лиц, но все же в спортивных деловых кругах хорошо знали обо всех его проделках. Достаточно было какому-нибудь известному спортсмену попасть к нему в лапы и раза два-три загрести на соревнованиях солидные куши в его пользу, как об этом уже становилось известным противникам Моррила, и они принимали свои меры.