Онлайн книга «Станция Степная»
|
Человек немного повозился в лодке, выбросил за борт комок тряпок и перепрыгнул на «Каракатицу». — Ладно, и без нас пойдет ко дну, – заметил Малькольм, увидав, что пассажир следит за лодкой. – Идемте. Пора отправляться. И пропустил человека вперед. При этом он постарался рассмотреть пассажира. Незнакомец не стал расспрашивать, куда идти, где ему отведено место. Он уверенно направился к особой каюте, устроенной на лодке для перевозки ценных грузов, а также для секретной перевозки пассажиров, которыми могли заинтересоваться власти той страны, куда шла лодка. Впрочем, Малькольм старался пореже встречаться со сторожевиками и пограничниками. «Ого, стреляная птица», – подумал капитан, заметив, как уверенно держится на судне пассажир. Не успели они спуститься вниз и попасть в ярко освещенный коридорчик, как Малькольм сразу признал человека, шедшего впереди. — Волк? – сказал он без особого, впрочем, удивления. — Тише, – спокойно отозвался Волк, не оборачиваясь. – Я тебя сразу узнал, Акула. Дай ключ. Заходи… Волк отпер дверцу каюты, вошел и сел на железную табуретку. Малькольм задохнулся от негодования – Волк распоряжается здесь, как хозяин! Вот нахал. Однако вошел и прикрыл за собой дверцу. Волк – это был Томпсон – знал каюту по описанию Ленди, секретаря Моррила, и теперь лишь мельком окинул ее взглядом. Впрочем, все видимое глазу заключалось в двух табуретках и крошечном столике у стены. Койка была вделана в стенку, как и шкаф, где должны находиться все вещи Томпсона. Прошли сутки-другие. Днем лодка следовала под водой, ночью – в надводном состоянии. Малькольм принимал все меры предосторожности, чтобы «Каракатицу» не заметили со встречных судов. Под конец вторых суток поднялся шторм. «Каракатица» нырнула. — Где мы? – спросил Томпсон Акулу, когда тот пришел. Малькольм ткнул пальцем в карту, разложенную на столике каютки. Там, куда указал капитан, было темно-синее пятно. — Мы над бездной Тускарора, – пояснил Акула беспечным голосом. – Здесь глубина более десяти километров. Если вдруг откажут механизмы, от нас не останется и следа. Не успеет лодка опустится и на половину, как вода сплющит ее в кленовый лист. Акула мстил приятелю за то пренебрежение, с каким Волк держался с ним, и со смаком описал все ужасы, которым подверглась бы лодка и ее команда, если бы «Каракатица» застряла над пропастью. Томпсон понимал положение и невольно ежился, хотя был не робкого десятка. Одно дело – погибнуть на земле, в открытой схватке, от пули или ножа, и совсем другое – испытать мучительную смерть, попав в тиски между сжимающимися стенками плавучей мышеловки, откуда нет спасения… «Каракатица» тенью мчалась в зеленоватом мраке над великой пучиной Тускароры. Даже самолеты летают над землей обычно ниже, чем плыла сейчас лодка над дном океана. Свинцовая гирька, упав здесь на дно, сама собой превратилась бы в тончайший лист фольги. Да и неудивительно: на глубине десять километров, вода давит на каждый квадратный сантиметр поверхности всякого тела с силой в тысячу килограммов. Томпсон лежал на своей койке и вслушивался в шумы за стенками каюты. Лодка жила обычной жизнью, и если бы не десятикилометровая пропасть под «Каракатицей», все было бы хорошо и он чувствовал бы себя прекрасно. Но что это? Какой-то шум за дверью… Толчок… Лодка качнулась… и пошла вниз… |