Онлайн книга «Станция Степная»
|
Томпсон удовлетворенно улыбнулся. Выбрав скамейку, откуда был хорошо виден вход в ресторан и часть столиков на террасе, он сел и положил рядом с собой газетный сверток. Судя по форме, в свертке была бутылка. Ждать пришлось долго, но Томпсон лишь радовался, видя, как часовая стрелка все ближе и ближе передвигается к цифре двенадцать. Балабин с приятелем покинули ресторан одними из последних, когда парк стал закрываться. Почти вся публика уже разошлась, на аллеях и улицах, прилегающих к парку, было пустынно. Томпсон пошел вслед за шоферами, которые, шатаясь, достигли какого-то угла и расстались. Томпсон не упускал Балабина из виду. Нагнав его в пустом переулке, он заглянул сбоку в лицо шоферу и удивленно сказал: — О, кого вижу! Здорово, Василий Варфоломеевич. — З-здравствуй, – пробормотал Балабин, еле шевеля языком. — Домой? — Можно и домой, – выдавил Балабин, глядя вниз и широко ставя ноги, чтобы не упасть. – А можно и в р-рестор-ран. Мне все можно… — Ну, выпить можно и без ресторана, – заметил Томпсон весело и легонько шлепнул Балабина по спине. – Я на всякий случай тут кое-что захватил, когда шел домой. Вот она, в кармане. И пару бутербродов взял. Одному-то разве выпивка? В одиночку только мерзавцы пьют да алкоголики. Компания для меня – все! Пойдем к морю. Я там знаю хорошее местечко. Посмотришь с берега на море, аж плакать хочется: так хорошо на сердце делается… Обняв Балабина, он повел его к морю. Шофер кое-что соображал. Он был не прочь выпить еще и охотно подчинился новоявленному собутыльнику. Правда, он мало был знаком с этим Криницей, но это не беда. Он, видать, компанейский парень. Свойский человек… Томпсон привел Балабина на крутой берег залива. Сели возле самого обрыва на плоских камнях. Томпсон развернул газету, извлек бутылку с водкой и стакан, надетый на горлышко бутылки. Из кармана достал два бутерброда. — Держи, – подал он бутерброд Балабину. Налил стакан водки. – Пей, браток. Потом я. — Давай… Балабин выпил водку. Томпсон сделал вид, что тоже выпил. Поднялся на ноги, подошел к обрыву. — Ишь, как высоко, – пробормотал он. – Недолго и свалиться. Верно, Балабин? — Куда свалиться? – пьяно пробормотал шофер, поднимаясь на ноги. – Ч-чего ты там увидал? — Смотри, осторожнее. — П-плевал я с двадцатого этажа… Балабин, качаясь, подошел к обрыву и попытался было заглянуть вниз, но какая-то сила оттолкнула его назад. Томпсон, загадочно улыбаясь, смотрел на шофера. Он знал, что Балабин в его руках и никуда отсюда не уйдет. Странно все-таки устроен этот мир… Вот Балабин еще жив. И мог бы остаться в живых, если бы этого захотел он, Томпсон. Но шофер должен умереть. Так диктует закон жизни, тот закон, по которому живет и он сам, Томпсон, и Моррил, и сотни других таких же томпсонов и моррилов. Балабин уже мертв. Он живой мертвец. Интересно, почувствует он страх, когда свалится вниз, или нет? Томпсон подошел к шоферу и неожиданно сильным толчком отбросил его на самый край обрыва. Балабин без звука рухнул вниз, нелепо взмахнув руками… Утром Балабин не вышел на работу. В диспетчерской зашел разговор, кого же посадить за руль вместо него? Пора высылать машину на линию «Айла – завод – Айла». Диспетчер в замешательстве посматривал в окошко: на дворе остались только автобус Балабина и легковое такси, возле которого хлопотал Криница. |