Книга Дело наследников в законе, страница 61 – Андрей Воробьев, Михаил Красносельский

Это-то «извинение» и лежало сейчас на судейском столе, а коллеги-недоброжелатели то и дело звонили, чтобы якобы посочувствовать. Но Алла Евгеньевна прекрасно понимала: издеваются. Специально звонят со своим сочувствием, чтобы еще больше расстроить ее. А университетская подруга Галя, преуспевающий адвокат, специально дозвонилась, чтобы еще больше обидеть: «На ближайший день рождения жди в подарок от нас современный импортный намордник».

— Ничего, смейтесь, вы еще меня узнаете, – неизвестно к кому обращаясь, шептала Нильская…

В это время в приемную, негромко постучав, вошел очередной посетитель. Это был статный, прилично одетый мужчина в золотых чуть затемненных очках и с массивным золотым перстнем на указательном пальце. Под мышкой он держал пару пакетов с «настоящей собачьей едой» – сухим кормом «Лаппи».

— Здравствуйте, Алла Евгеньевна, – вошедший несколько приблизился к столу, – я – адвокат. Представляю интересы нескольких человек, которым необходимо подать заявление об объявлении гражданина умершим…

Нильская про себя отметила, что посетитель выражает свои мысли точными юридическими формулировками. «Совсем не так, как эти сумасшедшие старухи, сразу видно: профессионал». А посетитель начал неловко доставать из папки, которую держал в руках, бумаги, отчего пакеты с кормом упали на пол. Судья хотела заметить, что приходить на прием следует, заранее подобрав документы, но адвокат, как бы упреждая ее замечание, виновато поправил очки:

— Вы извините, я знаю, что все должно быть подготовлено заранее, чтобы не задерживать прием… да вот у меня тут еда для собачки… Я ее положу на минуточку на стол?.. Спасибо… А, вот и документы. Пошлина уже оплачена, письменные доказательства приложены… Знаете, с этими заявителями – того и гляди, не успеешь домой вовремя. А мне Дика, это спаниель мой, кормить надо…

Нильская адвокатов не любила: слишком хорошо живут, не то что судьи. Поэтому она хотела оборвать словопрения посетителя, но вспомнила, что ее тоже ждут дома малыши.

— Ладно, показывайте, что у вас там.

Адвокат, перехватив взгляд судьи, брошенный на дорогущий корм, спросил, скорее даже констатировал:

— У вас, наверное, тоже есть дома собака. Дик – единственное существо, которое понимает меня, когда становится плохо…

Правовед вздохнул и подал пачку бумаг. Бегло просмотрев их, Алла Евгеньевна поняла, что где-то во Франции разбилась на машине девушка, но тело не найдено, поэтому необходимо по суду объявить ее умершей. Только «почему именно сейчас, а не через пять лет?» – осведомилась судья, на что посетитель начал путано объяснять про «обстоятельства, дающие основание полагать…» Нильская могла бы, конечно, отшить этого просителя или назло ему назначить первое рассмотрение дела месяцев через шесть, но что-то ее остановило.

Позднее Нильская даже себе, тайком, не могла объяснить, почему взяла документы «для изучения» и предложила адвокату зайти в ближайший четверг, чтобы узнать о дне рассмотрения дела. Может, ей просто показалось на миг, что этот мужчина такой же одинокий и никем не понятый, как она? А может, просто судья добросовестно выполняла свои обязанности, кто знает?..

Адвокат поблагодарил Нильскую и еще раз попросил, чтобы она назначила дело побыстрее и, главное, рассмотрела его по правилу шести месяцев, а не пяти лет.