Книга Тайна Лукичёвского Беловодья, страница 108 – Евгений Калачев

В ресторан на железнодорожном вокзале Новосибирска они зашли дней за десять до регистрации брака и скромной свадьбы, которую решили сыграть в доме Виктора. Почему скромной? Да потому что со стороны Антонины было всего четверо приглашенных: Шура с Александром Федоровичем и двоюродная сестренка Валя с женихом Владимиром. А со стороны Виктора, естественно, должны были быть: его родители, его младшая сестра и бабушка, которые, впрочем, все жили в этом же доме. Из друзей Виктор, по настоятельному требованию матери, никого приглашать не стал.

— Понапьются алкаши – перед соседями потом стыдно будет!

— Мама, ну, какие же они алкаши – лётчики же?! – пытался возразить Виктор.

— Всё, я сказала! Ты их лучше, сынок, потом, после свадьбы, в ресторан своди… А тут хотя бы с новыми родственниками разобраться, – недовольно сказала мать.

Впрочем, и соседи по той же причине приглашены не были – мать Виктора была строга и к ним:

— Убирай потом за ними! Своего алкаша хватает. – Она недовольно посмотрела на тихого, опрятного мужа, который вовсе не походил ни на сильно пьющего, ни, тем более, на тех колдырей, которые отирались у пивнушек и рюмочных…

Так вот ресторан на железнодорожном вокзале был очень похож на ресторан «Центральный» – такие же высоченные потолки с хрустальными люстрами, колонны, поддерживающие высокий свод, столики, накрытые белыми скатертями и сервированные бокалами на длинных ножках из толстого стекла и тяжелыми приборами… Отличия были лишь в том, что колонны были не круглыми, а квадратными, а огромные окна уходили почти под самый ребристый потолок, что являлось единым архитектурным стилем всего огромного здания вокзала, но, так же как и в «Центральном», эти окна были украшены тюлевыми изысканными белыми занавесками и тяжелыми плотными шторами. И меню было таким же: и бифштекс, и антрекот, и шницель, и котлета по-киевски, и, конечно же, борщ или солянка, и сибирские пельмени, и бефстроганов, не говоря уже про салаты и блюда под заказ. Было и такое, но за отдельную немалую плату. Но желающих посетить этот вокзальный ресторан, несмотря на дороговизну, было много. Он почти всегда по вечерам или выходным был забит до отказа, в основном городскими посетителями, пока не ввели новое правило – обслуживать только граждан с билетами. Но договориться можно было всегда, если знали, что ты клиент, а не замаскированный проверяющий.

Вот и в этот раз Виктор оставил Антонину одну в огромном вестибюле вокзала и пошел в ресторан договариваться. Антонина с интересом смотрела по сторонам, разглядывая и интерьер вокзала, и суетившихся с чемоданами, баулами и мешками пассажиров – сама она еще ни разу не ездила по железной дороге и не заметила, как к ней подошел милиционер, перепоясанный портупеей, с кобурой на ремне, в котором был закрыт на хлястик пистолет, на голове которого была летняя кубанка с красным верхом, которая была удобней, чем форменная фуражка, которая при задержании правонарушителя обязательно слетала с головы, катилась или падала под ноги.