Книга Ледяной змей, страница 116 – Виктория Дьякова

— Барановской точно рассказывала, – ответил тот хмуро. – Когда первый раз ее к нам в гости пригласила. Ну, как они списались «В контакте», и Ника ее к нам позвала. Помнишь, ты еще пирог вишневый испекла? Это давно было. Вот, они про детский дом вспоминали. Ника ей сказала. Мол, нам-то с тобой еще повезло, а вот у мамы моей такое было… И рассказала эту историю с гюрзой. Ты за хлебом в булочную побежала. А мы-то с Леней и Пашей за столом сидели. Все слышали. Они могут подтвердить. Да и сама подумай, кому еще интересна эта история, как не тому, кто сам в детском доме вырос? – Он махнул рукой и отвернулся.

— Это правда заговор, – присвистнул Максим. – Я смотрю, незадействованных нет.

— Вот гадина! – вскрикнула сдавленно Дерябина. – Ей-то что надо? Красовского, что ли? От ревности все?! Все ей мало?! В грязи бы задохнулась, если бы не Ника.

— Дорогая, не горячись, не горячись, – пытался успокоить Дерябину супруг, поглаживая по руке. – Но она же не со зла. Мало ли что скажешь в разговоре, не подумавши. Она вот расследование оплатила. Не надо на Вету нападать зря…

— Владимир Михайлович прав. – Аня тоже вступилась за Барановскую. – Во-первых, мы ничего не знаем точно. Кроме того, что служанка Сонара очень похожа на Людмилу Артюхову, у нее есть ручной полоз, она с ним иногда гуляет. И то, что Ника рассказывала за столом, лет сколько? Пять-шесть тому назад своей подруге про то, что ее приемную мать в детстве пытались напугать гюрзой. Это все, знаете, вилами по воде писано. Ничто пока не указывает на участие опасной ядовитой змеи в деле. Якобы веревка в руках мужчины, про которую твердила Вишневская?

Может быть, у него на самом деле была веревка. Все наши рассуждения – это только версия. Реальных доказательств нет. И для следствия все это ничего не значит. Во-вторых… – Аня сделала паузу. – Даже если наши рассуждения окажутся верными – вдруг? – Аня пожала плечами. – Знаете, если Барановская что-то кому-то рассказала и сама не помнит, что с того? Сказать – не значит убить. Кто этим воспользовался? Кто придумал столь затейливый план? Явно не Барановская, – заключила она. – Так что не надо торопиться с выводами. Держите себя в руках.

— Вот и я говорю, не надо нервничать, Настюша, – поддержал ее Дерябин.

— Версия, конечно, заманчивая, – заметил Максим, глядя перед собой на дорогу. – Но вот вопросик, Аня. – Он бросил взгляд на соседку. – Сейчас февраль. Змеи-то все спят, ну, кроме домашних и в зоопарке, наверное. В природе, я имею в виду. Где они взяли эту змею? Где в Санкт-Петербурге можно взять зимой большую ядовитую змею? Только украсть у какого-то хозяина. Но мне трудно представить себе человека, который бы добровольно содержал гадину наподобие кобры…

— Ты напрасно так думаешь. – Аня усмехнулась. – Есть любители. И кобр содержат, и львов, и тигров, и крокодилов – и все это незаконно. Это огромный теневой бизнес, в нем вращаются очень приличные деньги. Браконьеры отлавливают животных, перевозят по поддельным документам, оформленным на какой-то якобы другой груз, подкупленные таможенники не проводят досмотр, то есть проводят фиктивно. И так все. Есть целые подпольные зоопарки, где можно купить любого зверя. Но стоит это дорого. И если учесть, что Артюхов так толком нигде и не работал, а зарплата догситтерши у Веры была не так уж велика, если учесть, что они вдвоем на нее жили, а еще надо было снимать квартиру. Тогда кто мог приобрести змею? Только Ольга Кремер, я думаю. Она получает у Красовского весьма приличные деньги. И у ее матери есть эти салоны «Мечта питомца». Вполне вероятно, что туда кто-то обращался, у кого есть такие животные.