Книга Ледяной змей, страница 71 – Виктория Дьякова

— Нет, я из «Догси», – ответила Наташа, слегка растерянно. – А что? У нас догситтинг, выгул, игры.

— Нет, ничего особенного, – ответил Максим. – Я просто уточнил. Это хорошо. А в «Мечте питомца» не работали? Верею, догситтершу, не знаете?

— Нет, не работала. – Наташа отрицательно покачала головой. – И с этой, как вы говорите, Вереей не встречалась. Такого имени не помню. Я бы запомнила. Я вот корм привезла, как вы просили, – обратилась она к Барановской.

— Хорошо, поставьте на кухне, – попросила она.

— Мы пойдем, пора, не провожайте нас. – Аня направилась к двери. – И так уж задержали слишком. Будем на связи, – пообещала она.

— Да, конечно, – подтвердила Барановская.

— Большой гадюшник, я скажу, этот модельный бизнес, – заметил Максим, когда они вышли на улицу и сели в машину. – Да и не только модельный. Кто только не задействован, получается; и рестораторы, и студенты вроде этого Азатика, и какие-то айтишники, и даже балет, в лице мадам Вишневской. Просто какой-то змеиный клубок. Хвосты торчат со всех сторон, не знаешь, за какой тянуть. И кого вытащишь – будет это безобидный ужик или смертельно опасная кобра.

— Это как в той легенде, по которой Красовский вознамерился шоу ставить – про Ледяного змея, – ответила Аня. – У чудища, которому поклонялись вятичи была одна голова с огромной пастью, извергавшей что-то вроде ледяного фейерверка, зато хвостов целых девять, и все они свивались, как ты говоришь, в клубок – во всяком случае, так его изображали на деревянных столбах, перед которыми совершались обряды. Но хвосты хвостами, а главное – голова. Центр принятия решений, так сказать. Кто-то же управляет этими хвостами. Кто-то в центре, очень скрытный и хитрый, кому все это выгодно.

— Ты намекаешь на Красовского? Он Ледяной змей?

— Нет. – Аня вздохнула. – По могуществу он бы потянул на Змея, но пока я не вижу никакой его выгоды во всем этом деле, только убытки и потери. Вся эта история, как мне кажется, направлена не только против Королевой, но и против самого Красовского. Кто-то пытается выбить его из колеи, расстроить его дела или воспользоваться им – у меня такое впечатление. Королева – только инструмент.

— Воспользоваться, я посмотрю, у них принято, – согласился Максим. – Вот этот водитель, Дмитрий, как тебе? С виду такой безобидный, прикинется бамбуковой палочкой на дороге, а только задень его, наступи – капюшон раздует, настоящий аспид, или как там в древности их называли? Я как понял, он вполне себя конкурентом Красовскому считает. И на Королеву ни много ни мало виды имел. Использовать ее – во всех смыслах. Мол, внешность у него выигрышная. Хотел на обложках журналов физиономию свою разместить. Не вышло – в кино играть пристроился. Я погляжу, Красовский еще терпеливый. Кого только Королева ему не притаскивала на бюджет, так сказать – и подругу детства, и водителя на шею посадила. И это только мы два случая знаем. Другой бы послал этого водителя подальше. Катай себе на машине – вот твое дело. А он его – в кино. А Дмитрий этот теперь за Барановскую возьмется, – спрогнозировал он. – Заметила, как он у нее в гостиной расселся – по-хозяйски? Как у себя дома. А она скромно сбоку стоит, его фразочки комментирует. Что думаешь? – Максим повернулся к Ане.