Книга Ледяной змей, страница 8 – Виктория Дьякова

— Говорит, что не верит в самоубийство. Не такова, говорит, была Ника, чтобы с балкона прыгать из-за какой-то ерунды. А никаких серьезных поводов покончить с собой у нее точно не было. И запрещенных препаратов она не принимала, ей, говорит, подкинули. Она, мол, закаленная была, жизнь прошла сложную, не истеричка изнеженная. Сама кому хочешь в ухо даст. Так и выразилась. Одним словом, хочет, чтобы мы снова все расследовали. По оплате, сказала, не вопрос. Любая сумма. Деньги у нее есть. Сразу, сказала, аванс даст – на все.

— Так, так. – Аня даже встала с дивана. – И как вы с ней договорились?

— Я ей сказал, что частный детектив – ты, и ты – на больничном. Я – только помощник. Взял у нее все координаты. Обещал все тебе доложить и сообщить, когда ты сможешь с ней встретиться. Вот, докладываю.

— Так, звони ей и скажи, я завтра жду ее в любое удобное для нее время, – решительно произнесла Аня. – Такие дела на дороге не валяются. И клиенты тоже.

— А как же ты с гриппом-то? – спросил Максим недоверчиво.

— У меня уже почти прошло все, – заверила его Аня. – У нас такая участковая врачиха – вмиг вылечит одним своим появлением. С ней раз пообщаешься – больше обращаться не захочешь, сразу здоровый будешь. Имей в виду. Не болей.

— Понял.

— Так что вызывай Барановскую и бланк договора подготовь, ну, основу. Сумму и реквизиты потом впишем. Кстати, тьфу, забыла сказать, у меня сегодня что-то мой полик перестал заводиться. Посмотришь вечером?

— Небось опять прогревала? – догадался Максим. – Чего прогревать-то? Всего минус восемь. Аккумулятор почти новый. Второй год стоит. Скорей всего, на газ нажала, бензин на свечи попал. Чего машину калечить?

— Папа всегда прогревал в морозы, – заметила Аня.

— Так то в морозы! – Максим сделал паузу. – Минус пятнадцать, как минимум. И что прогревал? Какую машину? Жигуль наверняка. Так там не то что прогревать, еще кирпичом стукнуть надо, он все равно не поедет. А у тебя немецкий аппарат, хоть и нашей сборки. Это же совсем другое дело. Ладно, вечером прочищу, посмотрю, что там и как. Ну, так я звоню Барановской, договариваюсь? – уточнил он.

— Звони, – подтвердила Аня. – А потом – сразу мне. Я на связи.

Закончив разговор, Аня посмотрела на Томаса.

— Итак, приятель. У нас намечается что-то интересненькое. Ника Королева… Ника Королева. Надо почитать, что писали по этому делу, чтобы быть готовой к разговору. Сейчас заварим кофе. Пошли на кухню.

Взяв ноутбук, Аня встала с дивана и, подойдя к окну, открыла форточку.

— Пусть проветрится. Синицы-разбойницы улетели. Поняли, что больше им не отломится вкусненького до завтра.

Снова зазвонил телефон. Аня посмотрела на дисплей.

— Ага, Суворов, – кивнула она. – Ты-то мне как раз очень нужен. Странно только, что я тебе вдруг понадобилась.

— Слава, слушаю, привет, – сказала она бывшему сокурснику, направляясь к плите. – Не поверишь, я только что о тебе думала.

— Привет! Значит, прочитал твои мысли. – Суворов подхватил ее слегка ироничный тон. – Тебе теперь просто так и не позвонишь. Ты у нас – знаменитость. После дела Лозовских. Не поверишь, даже до Москвы дошло. Твой бывший Ефремов тут по старым связям интересовался, а что, мол, в самом деле Снегирева такое запутанное дело раскрыла? Очень был удивлен.