Книга «Тигр» охотится ночью, страница 45 – Виктория Дьякова

— Привыкла, мама, – кивнула Наталья. – Но привычки оказалось недостаточно, как видишь. А букет лотосов – от Тома, от капитана Роджерса. Однажды я рассказала ему, что Йохен дарил тебе белые розы даже на войне, и он пообещал сорвать для меня лотос.

— Вот видишь, а сорвал целых семь, – улыбнулась Маренн.

— Но я запретила ему делать это!

— Когда это мужчины слушали нас, женщин? Пора бы тебе уже привыкнуть к их вечному желанию верховодить, дорогая. И все-таки, Натали, ты уверена, что хочешь окончательно порвать с Францем? Просто на днях я получила письмо от Джилл, и она пишет, что он очень переживает. Тебе не жаль его? Как-никак, Франц потерял жену, долго был в плену, а теперь вот еще и размолвка с тобой… Может, прежде чем принять окончательное решение, ты хорошенько все взвесишь и обдумаешь?

— Я для того и уехала к себе на Монмартр, мама, – Наталья извлекла из вазы один лотос, вдохнула его аромат, – чтобы разобраться в собственных чувствах.

— А этот твой капитан Роджерс женат?

— Разведен. Детей не имеет. Я познакомлю тебя с ним, мама, – взволнованно произнесла Наталья.

— Я надеюсь.

— А как там Штефан? – сменила тему Наталья. – По-прежнему хулиганит?

— Хулиганит, – кивнула Маренн. – Я безумно скучаю по нему. Впрочем, я по ним по всем скучаю. Джилл пишет, что Клаус получил отпуск, и они с Эльке взяли Штефана на море. Там они приручают каких-то пауков. Оба ведь любят животных, ты знаешь.

— А как поживает Йохен?

— Он сейчас с Зигурд.

— Ей стало хуже? – Наталья вернула цветок в вазу.

— Увы, – вздохнула Маренн. – И я, как это ни удивительно, чувствую ее боль.

— Мама, но ведь, когда она уйдет, Йохен освободится!

— Ты считаешь, я должна радоваться этому? Не получается. Это горе, Натали, большое горе… – Маренн вздохнула и опустилась на диван.

Наталья подошла, присела рядом. Помолчав, сказала:

— Я тоже скучаю по Штефану. Он действительно очень похож на того, моего Штефана. Движениями, улыбкой, взглядом.

— Ты права, – согласилась Маренн. – Раньше я считала, что Штефан пошел в отца, а потом оказалось, что ошибалась.

— Второй Штефан тоже унаследовал многие твои черты, мама. Мне сейчас вспомнился тот день, когда он родился. – Наталья взволнованно посмотрела на Маренн. – Когда нам сказали, что у тебя остановилось сердце, я вдруг почувствовала жуткую пустоту и дикий страх. Но все время твердила себе: нет, нет, этого не случится, этого никогда не произойдет! Помню, бедная Джилл чуть не потеряла тогда сознание, а на Йохена страшно было смотреть: он побледнел как смерть. Думаю, за те несколько страшных секунд мир для всех нас буквально перевернулся. Франц постоянно держал меня за руку, а я твердила как заведенная: нет, не выйдет, не отдадим…

— И не отдали, – благодарно улыбнулась Маренн. – Все обошлось, слава богу. И Штефану уже пять лет, и он растет здоровым, веселым мальчиком.

— Ты думаешь, что Крис Армстронг умер потому, что я сделала слишком мелкое иссечение? Что надо было резать глубже?

— Я думаю, – укоризненно покачала головой Маренн, – что ты тут вообще ни при чем. Полагаю, виноваты врачи, заполнявшие его карточку. Это они недобросовестно отнеслись к своим обязанностям.

— Что ты имеешь в виду?

— Судя по внезапности реакции, которая, с твоих слов, произошла во время операции, у Армстронга случился анафилактический шок. Ты говоришь, у него резко снизилось артериальное давление и он начал задыхаться? А это может означать только одно: Армстронг страдал аллергией на какой-то лекарственный препарат, но в его карточке это почему-то отмечено не было. Так что он умер не из-за ошибки хирурга, а от этого самого шока, я уверена. Интоксикация организма, вызванная аллергией на один из препаратов, оказалась слишком острой, чтобы твои реанимационные усилия дали положительный результат. Считаю, что виновный в подобной халатности должен понести заслуженное наказание.