Книга Принцип трех обезьян, страница 63 – Ирина Левит

— Откуда? – хором спросили следователи.

— Из интернета, – хмыкнул парень. – В интернете куча роликов со всякими лайфхаками. Есть совершенно идиотские, типа двадцать способов использования зубочистки. Но есть вполне себе ничего. Например, как сделать тайники в самых неожиданных местах. Так вот в одном из роликов было как раз про обувку на толстой подошве.

— Н-да… – Вадим подумал, что такие ролики, похоже, надо ввести в курс обучения криминалистов, полицейских, да и следователей тоже. Или уже ввели, да только он сам не в теме? – Значит, получается, Чернецкая что-то прятала, положим, действительно флэшку, а значит, информацию, – произнес он. – Преступник, наглядевшись интернета, догадался, где тайник. Хотя все равно Чернецкую обшарил и забрал телефон. Завтра отправлю оперативников на Елочную тропу, вдруг телефон тоже там выбросили? Но в любом случае, получается, преступник знал, что искать. Хотя бы приблизительно. Вопрос: нашел ли?

— У меня есть еще одно предположение, – сказала Вера. – Преступник забрал ботинки, но не понес их куда-нибудь… в помещение. Либо торопился, либо не рискнул. Он пошел с ними на Лесную тропу, которая недалеко от библиотеки и на которой до весны никто не появится. И там ботинки осмотрел.

— Ночью? В пургу?

— Да, неудобно. Но, может, потому и стельки в ботинки неровно засунул, хотя это вряд ли было принципиально, все равно ботинки выбрасывал, а уж до весны они могли и сгнить. Но выбросил криво, в темноте не заметил, что они в елке застряли. А самое главное – не заметил, что чем-то зацепился за «собачку» молнии. Вот это как раз принципиально. Надо, чтобы эксперты тщательно проверили: не исключено, что еще какие-нибудь следы найдутся. Если хотите, Вадим Борисович, я попрошу Павла Ильича Гаврилина, он прекрасный криминалист, я с ним часто работаю. Но если преступник не стал забирать ботинки с собой, чтобы осмотреть их в удобном месте, то, может, потому, что ему надо было вернуться в санаторий? А возвращаться с ботинками было опасно. Это ведь не телефон, их в куртке не спрячешь.

— Сомнительно, – покачал головой Вадим. – Да, есть серьезные подозрения, что это кто-то из сотрудников санатория. Но вряд ли из тех, кто работал в тот день и в тот вечер.

— Почему? – удивилась Вера.

— По времени не сходится. Там смена с девяти до двадцати одного. Исключение – сотрудники ресторана, они начинают работать с шести утра и заканчивают ближе к одиннадцати вечера, а также медперсонал, который работает до шести вечера. Проверили: все вовремя пришли и ушли. Вечерняя смена заступает, соответственно, в двадцать один час, здесь народа меньше, только дежурные. Тут тоже все были вовремя. В этом санатории четкий учет: уходя со смены и заступая на смену, все отмечаются. К тому же над главными входами в спальный и гостевой корпуса, а также над служебными входами висят камеры. То есть дневные просто бы не успели попасть в библиотеку в районе половины девятого, а ночные не смогли бы оказаться в библиотеке в девять. Есть, правда, трое, кто в санатории живет – директриса Голубович, ваш врач Ланкур и сисадмин Скачков, – но, судя по камерам, они на улицу не выходили.

— Однако ведь есть, кто в те сутки не работал?

— Да, но тогда должен быть сообщник из дневной смены, который предупредил о поездке Чернецкой на вечер поэзии. А если человек в этот день отдыхал, то зачем он отправился на Елочную тропу? В общем, эта тропа указывает на санаторий, но непонятно, кого подозревать.