Книга Принцип трех обезьян, страница 99 – Ирина Левит

— Только, пожалуйста, во второй половине дня. С утра у сына сеанс у доктора Ланкура.

— Договорились.

Вадим прикинул, что ко второй половине дня кое-что прояснится.

За завтраком публика с удовольствием вспоминала праздничный ужин, однако никто даже не упомянул полицейскую машину, которая довольно долго стояла у ограды санатория. То ли никто просто не смотрел в темное окно, то ли не придал значения. Зато во время лечебного сеанса Ланкур, активно работая руками, не менее активно работал и языком, обсуждая детали вчерашнего инцидента. Вера не отмалчивалась, хотя и не сильно витийствовала, Ярослав же вставлял свои комментарии. Общая история, в которую они попали, объединяла.

— Я с утра заглянул к Виталику, он вполне неплохо себя чувствует. В некотором смысле парню повезло, – сообщил Жор Жорыч. – Но сразу после меня явился следователь, мы с ним в дверях столкнулись, и тут, думаю, Виталика помучают. В официальном протоколе, насколько я понимаю, важна каждая деталь. Да ведь?

Ланкур посмотрел на Веру, та пожала плечами.

— Меня будут официально допрашивать после обеда, тоже, наверное, кровь попьют. Но если меня слишком долго не промурыжат, я зайду к Наталье Васильевне, а то я ее сестре обещала. Так что ты, Ярослав, в случае чего ужинай без меня. Понял?

Некая Наталья Васильевна была чистой выдумкой, рассчитанной на Ланкура, который мог проявить излишнее любопытство. Ярослав все понял, выдав короткое «угу».

— Надеюсь, за вами пришлют машину? – спросил Жор Жорыч.

— Договорились, что захватят на дороге.

— Разумно, – оценил Ланкур. – Этому Павлинову в принципе надо отдать должное. Приехал на обычной машине, не на служебной с мигалками, не стал пугать отдыхающих.

…Павлинов и на сей раз приехал на обычной машине, личной, но Веру все-таки захватил на привычном месте, за поворотом. И привез не в отдел, а к себе домой.

— Я сварю кофе. – Прозвучало это без знака вопроса, с полной уверенностью, что Вера, разумеется, не откажется.

Она и не отказалась. Вадим поколдовал у плиты, выставил все на стол, Вера вдохнула аромат, подумала: варить такой кофе – настоящий талант, которого сама она была лишена.

— Ну, что там у вас слышно? – поинтересовался Вадим.

— Отдыхающая публика, похоже, не в курсе, а Ланкур во время сеанса рта не закрывал. Он утром навестил Виталика и считает, что тот вполне ничего.

— Да, мы столкнулись у двери. А, кстати, почему Скачкова называют Виталиком? Он, конечно, молодой, но все-таки не мальчик.

— А почему Ланкура многие называют Жор Жорычем, причем с полного его согласия? – задала встречный вопрос Вера и сама же ответила: – Видимо, просто так сложилось. Хотя, конечно, называют отнюдь не все, я, например, зову Виталием, а мой сын – Виталиком.

— Занятно… – пожал плечами Павлинов. – Впрочем, это мелочи. А что касается самочувствия, то Скачков уже вчера ночью был достаточно неплох. Я ведь сам отвозил его в больницу. Парню, конечно, повезло: он дернулся в сторону, еще и прут рукой машинально оттолкнул, криминалист нашел след на куртке, в результате легко отделался. Кости целы, но кожу знатно содрал, врач ему швы наложил. Ну и, возможно, сотрясение мозга получил, правда, опять-таки легкое. И, кстати, нашли кровь на внутренней стороне капюшона, но это естественно. Вы же на рану положили одноразовые платки, натянули капюшон на голову, вот кровь и просочилась.