Книга Бегство в пустоту, страница 139 – Александр Чернов

Я не стал возражать.

— Вы в этом районе работаете, места знаете, вам и выбирать.

— Пойдемте? – Павел кивнул куда-то в глубину улицы.

Мы прошли по Маросейки до двери в стене, расположенной по правой стороне улицы. По бокам от двери было написано неоновыми буквами «Питейное заведение», наверху «Моряк и альбатрос», а также нарисованы те самые моряк и альбатрос, в честь которых и был назван бар. Мы вошли в двери.

Интерьер был какой-то хаотичный – несколько кабинок в виде бочек, несколько обычных столиков, несколько столиков, прилепленных к стене, подобно столикам в купе, но только побольше, высокие стулья у барной стойки, расположенной в глубине зала. Но тем не менее присутствовала определенная тематика – морская. В углу стоял якорь, на барной стойке возвышался шлем от старинного водолазного костюма, выполненный из меди, стены были разрисованы морскими пейзажами, с потолка свисали мохнатые нити, имитировавшие водоросли, в баре, сверкавшем многочисленными бутылками, играла музыка и вспыхивала лазерная цветомузыка, в которой преобладал синий цвет – цвет моря.

Все места были заняты, но мы пришли вовремя – как раз из «бочонка» поднялась компания молодых людей и двинулась к выходу. Мы сняли куртки, повесили их в маленьком гардеробе и устремились в кабинет. Едва сели, к нам подошел молоденький официант в тельняшке, брюках клеш и почему-то в бескозырке французского моряка, на макушке которой красовался красный помпончик.

— Вот, пожалуйста, меню, – сказал он, ослепительно улыбаясь. – Выбирайте! Когда будете готовы сделать заказ, махните мне рукой, я подойду.

С этими словами он положил перед каждым из нас по папке в кожаном переплете и, сделав полупоклон, удалился.

Мы углубились в изучение меню и карты вин. Как и следовало ожидать, меню в столь специфическом заведении состояло в основном из морепродуктов. Всевозможные мидии, кальмары, осьминоги и прочая гадость, да простят меня за столь нелестный отзыв о дарах моря пескетарианцы^[4]. Зато напитки были представлены со всего света. Чего тут только не было – и винные ликеры, и бренди, и бурбон, черт, и даже шампанское для собак! Попробовать что ли ради интереса? Хотя ну его, еще из миски, поставленной на пол, лакать предложат. Я выбрал салат из креветок и раков. Павел – какое-то ассорти из морепродуктов. Из напитков взяли по кружке пива и триста граммов коньяку. На цены я внимания не обращал, все равно платит Татьяна Неделькина.

Павел явно нервничал. Он понятия не имел, что от него нужно налоговому инспектору и с чего это он вдруг пригласил его в питейное заведение пропустить по стаканчику. Я не стал томить его ожиданием, и когда официант принес наш заказ, разлил в две рюмки коньяк и отошел, я, подняв свою, заявил:

— Расслабьтесь, Павел. Я не налоговый инспектор.

У Вечкилева как-то нервно дернулась щека и глаза за толстыми стеклами очков стали намного больше.

— Правда? – хмыкнул он и сглотнул. – А кто же вы?

Я стукнул своей рюмкой о рюмку Вечкилева, выпил коньяк и, выдохнув, признался:

— Частный сыщик.

Глаза у Вечкилева стали еще шире, а брови поднялись до определенного им предела.

— Хм, – только и смог проговорить он удивленно. Павел машинально махнул рюмку коньяку и закусил мидией. – И что же от меня нужно частному сыщику? – наконец изрек он.