Книга Бегство в пустоту, страница 45 – Александр Чернов

— Игорь, как ты можешь в такой обстановке шутить?! – рассердилась девушка и обратилась к человеку с фонарем: – Что произошло, товарищ полицейский?

— Все в порядке, гражданка. Уйдите, пожалуйста, с дороги. – В луче фонаря появилась рука, которая сделала жест, предлагая Ксении убраться с пути. – Не мешайте работать уголовному розыску!

— Уголовному розыску?! – изумилась девушка. – Здесь какая-то ошибка…

— Не волнуйтесь, гражданка, – рука в луче фонаря сделала успокаивающий жест. – Мы во всем разберемся. Отправляйтесь домой.

Человек с фонарем достал рацию и, активировав ее, сказал:

— Леша, подавай автотранспорт!

Через минуту в конце улицы забрезжил свет фар двух автомобилей, и вскоре к калитке участка Марины Мороз подкатили полицейский микроавтобус и легковушка с зарешеченным сзади отсеком для перевозки задержанных. Очевидно, пока проводилась операция по задержанию «особо опасного преступника», машины где-то прятались, а теперь вот по вызову старшего прибыли к месту засады. Вся наша компания, насчитывавшая человек десять, разместилась в двух автомобилях и отъехала от дома Марины Мороз, оставив на дороге растерянно стоять Ксению Леденеву.

Меня привезли в Отдел полиции, как позже выяснилось, Семеновского района. Все полицейские как-то разбрелись, но два дюжих охранника остались. Они провели меня через КПП, где скучал вооруженный автоматом Калашникова дежурный сержант, провели через вертушку и заставили подняться по крутым ступеням на высокое крыльцо, затем втолкнули на первый этаж. Здесь располагалась дежурная часть – отведенный и застекленный уголок помещения, в котором за пультом управления сидели двое дежурных: один – сержант, другой – капитан. Здесь же находился «обезьянник» – небольшое зарешеченное помещение, в котором спали на нарах два угрюмого вида мужика. Спасибо полицейским – в «обезьянник» меня не поместили, а провели на второй этаж в один из кабинетов, усадили на табурет перед пустым столом, сами же охранники сели у стены на стулья. Как я успел заметить при входе в Отдел полиции, здание было двухэтажным, не так давно оштукатуренным, не новым, с недавно проведенным внутри ремонтом. На полу лежал новенький линолеум, стены были свежеокрашены, натяжной потолок сверкал белизной. О том, что здание было не только что построенным, а подверглось ремонту, говорило то, что мебель была подержанной, поскольку в новое здание завезли бы новую мебель, но это так, мои умозаключения, которые к повествованию отношения не имеют. Ну, а то, что происходило дальше, как раз-таки отношение имеет.

А произошло следующее: дверь открылась, и в кабинет вошел коротко стриженный невысокий коренастый мужчина лет сорока, одетый в гражданку – синие джинсы и светлую рубашку. На ногах белые кроссовки. У него было запоминающееся лицо. Казалось, голова мужика побывала под прессом, сдавившем ее сверху и снизу, отчего черты лица исказились, рот стал широким, глаза и лоб узкими, а нос африканским. Мужчина стремительно прошел к столу, но не уселся за него, а пристроился на столешнице и внимательно посмотрел на мою физиономию.

— Наши ребята поработали? – спросил он, имея в виду мой фингал под глазом и разбитую припухшую губу.

Его голос я сразу узнал. Это был тот человек, что там возле дома Марины Мороз светил мне фонарем в лицо.