Книга Искать убийцу, страница 217 – Фаниль Галеев

Выйдя с кладбища, все трое подошли к своим машинам.

— И что же вы решили? – спросил художник, обращаясь к сыщикам, но, судя по его взгляду, адресуя свой вопрос прежде всего частному детективу.

Гараев посмотрел на майора. Тот лишь неопределенно повел бровями.

— Говорите прямо. Я не обижусь, – предупредил художник.

— Хорошо, – сказал частный детектив. – Случай сам по себе, конечно, уникален и интересен, хотя и говорить о каком-то криминале, требующем вмешательства сыскных органов, еще рано. Давайте договоримся так, Юрий Михайлович. Мы с Вагизом Ахметовичем сначала наведем кое-какие справки, узнаем, что за люди Ситников и Леонтьев и эти две женщины, и потом решим, что делать дальше. И вот еще что. У меня частная контора и, возможно… – Гараев собирался сказать то, о чем он не любил говорить, но без чего, к сожалению, не мог обходиться, начиная свою работу. – Возможно, потребуются какие-то документы, чьи-то услуги, выезды, командировки. Ну, вы понимаете меня…

— Не беспокойтесь! – отрезал ладонью художник. – Все расходы, связанные с расследованием, я беру на себя. Аванс получите на днях. А остальные расходы…

Он неожиданно остановился, глядя прищуренными глазами в сторону дороги, ведущей от поселка к кладбищу. На ней виделась одинокая фигура женщины, шагающей в их направлении.

— Бог ты мой! – вскинул брови художник. – Да ведь это, кажется, та самая женщина!

— Какая женщина? – не понял Гараев.

— Та, что приходит в последнее время на кладбище, к могиле Леонтьева… или этого Ситникова, не знаю даже, как сказать.

— Вы уверены?

— Да, точно, это она! Сомнений нет!

Частный детектив замялся на секунду.

— Ну, тогда… тогда, Юрий Михайлович, будет лучше, если вы сядете в свою машину и уедете домой. А мы с Вагизом Ахметовичем подождем здесь. Может быть, нам удастся поговорить с ней.

— Хорошо, хорошо. Я уезжаю. Вот мои координаты…

Вытащив из нагрудного кармана пиджака визитную карточку, он протянул ее частному детективу и, попрощавшись, сел в свою машину, которая сразу отъехала от кладбища.

Сыщики же, присев на скамейку недалеко от входа, стали ждать.

На вид ей можно было дать не более пятидесяти.

Высокая, бледная, облаченная в черное, плотно облегающее ее фигуру платье, она прошла мимо сыщиков какой-то усталой походкой, даже не взглянув на них. Похоже, ей нездоровилось, а возможно, она просто была поглощена своими мыслями.

Сыщики решили не беспокоить ее перед посещением кладбища. Не место и не время. Пусть она сначала исполнит свой долг, посидит возле могилы, дав волю своим чувствам и воспоминаниям, а там, глядишь, и появится благодатная почва для задуманного разговора.

А разговор, судя по всему, предстоит не простой. Ведь с чисто правовой точки зрения у сыщиков не было оснований даже подходить к этой совершенно незнакомой женщине, не то чтобы останавливать ее или задавать вопросы. Ни жалоб, ни заявлений. Все, что есть, это лишь чисто субъективные суждения старого художника, знакомого им чуть больше, чем эта женщина.

Посидев и обсудив все возможные варианты установления контактов со своей будущей собеседницей, сыщики решили прибегнуть к самому простому и примитивному способу, какой часто используют незадачливые кавалеры, желая завязать разговор с незнакомой женщиной.