Книга Зарождение любви, страница 91 – Ханна Линн

Бен смотрел на нее оторопело, улыбка сменилась смущением.

— Мы ведь решили быть друзьями.

— Это не дружба, когда я засыпаю у тебя на плече! А ты приносишь мне картошку и решаешь проблему за проблемой! И платишь, на минутку, четыреста фунтов, чтобы спасти меня от Дэна. Да сколько можно!

— Холли, я…

— Я больше так не могу, Бен. Каждый раз, когда ты рядом, мне кажется, что между нами что-то есть. Больше, чем дружба. Знаю, я сама виновата, понимаю, все дело в том, что ты нравишься мне намного больше, чем я тебе. Но я так больше не могу. Если не возможно ничего, кроме дружбы, то давай прекратим. Пойми, мне нужна совсем не дружба.

Они вскочили и стояли друг против друга. У Холли кровь стучала в висках, в горле пересохло, в глазах щипало от наворачивающихся слез.

— Уходи, – тихо сказала она.

— Ты доберешься до дома сама? – прошептал Бен.

— Не надо меня спасать! – выкрикнула она.

— Холли Берри?

— Что! – выпалила Холли, резко повернувшись на сто восемьдесят градусов – и тут же смущенно замолчала.

Ошарашенная медсестра чуть попятилась.

— Холли Берри? Это вы приехали с мисс Эдди?

— Верити?

— Да, Верити Эдди. Можете пройти к ней в палату.

Холли сглотнула, пытаясь взять себя в руки.

— Да, спасибо, сейчас подойду.

Она схватила сумку, отключила телефон от зарядного устройства.

— Холли… – Бен коснулся ее руки и тут же отдернулся. – Холли, – повторил он, словно эти два слога скрывали какой-то особый смысл.

— Тебе пора, Бен. Дальше я сама.

— Пожалуйста, может, мы…

— Думаю, будет лучше, если следующую игру бинго я проведу одна. Это последняя игра перед вечеринкой и Рождеством. Если захочешь продолжить потом, уверена, Джейми найдет мне замену.

На его лице застыло выражение боли, и у Холли защемило сердце. Но разве она виновата? Зачем он морочил ей голову? Нет, все она сделала правильно. Какой толк от полумер? Либо вместе, либо врозь. Он сам решил, что не хочет быть вместе. Значит, врозь.

* * *

Холли зашла в палату. Верити полулежала на подушке, поврежденная нога покоилась на небольшом возвышении. Лодыжка отекла еще сильнее, чем в машине скорой помощи, ступню покрывали многочисленные гематомы всех оттенков от сиреневого до багряного. Однако лицо выглядело уже не так ужасно. Видимо, благодаря ярко-красной помаде, которая слегка оттеняла синяки.

— Холли, милая, мне сказали, что ты караулила меня всю ночь. Ты с ума сошла? Зачем?

— Хотела убедиться, что с вами все в порядке. Вы сильно ушиблись? Как это произошло? Вы споткнулись?

— Возможно. – Жеманная улыбка заиграла на губах пожилой дамы.

— Все из-за дурацких каблуков, – проворчала медсестра, вытаскивая туфли из-под кровати. – Честно говоря, это настоящее орудие убийства для любого, а в таком возрасте и подавно.

Холли приготовилась услышать шквал оскорблений в адрес медсестры. Верити терпеть не могла, когда кто-то упоминал ее возраст, будь то врач или простой смертный.

— К вашему сведению, я хожу на каблуках не хуже, чем в двадцать. А может, даже лучше.

— Допустим, – вздохнула медсестра. – Но кости-то у вас не молодеют. К сожалению, они у вас сейчас очень хрупкие. Просто чудо, что вы ничего сломали. Но повезет ли вам так в следующий раз?

— Что теперь? – спросила Холли. – Ей можно вернуться домой?

Медсестра проверила табличку в изножье кровати.