Книга Любовь и курица, страница 59 – Елена Иваненко

— Наумовна, ты безоговорочно принята в коллектив, – без тени улыбки произнес Данил. Творческие  способности подруги возбудили в нем еще большую тягу к прячущейся под маску дурочки многогранной личности.

— Раз уж у нас вечер чистосердечных признаний, тогда и я вскроюсь, – размашисто бросил кепку на пол Рязанцев.

Он влез на сцену, привычно уселся за барабанную установку и ловко забацал звонкую партию.

— В тюрьме научился. Там у нас своя рок-группа была, – стеснительно оправдался он.

— Игнатик, что же ты молчал? – ахнула Азалия Борисовна.

— Думал, не гоже в моем возрасте без толку по тарелкам да барабанам колотить. Чай, не пацан. Да и некогда. Честным трудом деньги зарабатывать надо, – опустил глаза водила.

— Искусству все возрасты покорны. Для чего жить, если запрещать душе любимые занятия? – философски вымолвил Данил, лирично перебирая струны.

Глядя на романтичного физрука с гитарой, Виолетта поняла, что влюбилась. Окончательно и бесповоротно. Его светящиеся особой нежностью глаза ответили взаимностью.

Приехав на мотоцикле поздно вечером домой, учителя, смущенно поглядывающие друг на друга, вместе взялись за ручку входной двери и резко отдернули руки. Данил галантно распахнул створку. Виолетта вошла в дом. Электричество между ними копилось несколько недель и грозило выплеснуться в дикую страсть, после которой, как опасались оба, произойдет выгорание, и дружба закончится, так и не перешагнув в более высокий разряд чувств.

— Где котята? – узрев пустой лежак на диване, воскликнула географичка. – Они спят обычно в это время! – безуспешно обежала комнаты она.

— И Беатрисы нет, – испуганно проверил укромные места любимой кошки физрук.

— Бетти, Бетти, – позвала училка, но кошачья мамаша сгинула бесследно вместе с лопоухим потомством, – надо на улице поискать! Говорила, заделай дыру в полу, – упрекнула она Бухарина.

Выскочив в темный двор, горе-животноводы прислушались, надеясь уловить пищание котят, но мерцающая звездным небом ночь трагично молчала. Безудержные слезы накатили на глаза географички, и она всхлипнула.

— Маленькая моя! – прижал ее к сердцу расстроенный Данил. – Не плачь, с рассветом все окрестности прочешем, детей найдем, – пообещал он. Горькая утрата любимых животных породила желание навсегда осушить слезы доверившейся ему девушки и сделать ее счастливой.

Дикий крик разорвал мелодраматичность ситуации. Неистовый вопль родился в огороде бабы Капы и отбросил учителей друг от друга. Географичка со страху присела, а Бухарин сломя голову рванул крикуну на помощь.

— Я с тобой! – рискуя жизнью, бросилась за возлюбленным училка.

В соседнем дворе их встретил держащийся за сердце Федот.

— На меня черти напали, – едва дыша, дрожащей рукой указал он на чернеющую в темноте теплицу.

— Опять запировал? – принюхался к алкогольному выхлопу деда Данил.

— Грешен. Пил. Из припрятанной в огурцах бутыли глотнул, и окаянныя, словно по дереву, по мне кверху как полезуть! – в ужасе закатил глаза старик.

— Вверх полезли? – встрепенулась географичка и храбро кинулась навстречу чертям.

При свете телефона в укромном углу теплицы нашлись кошачьи потеряшки во главе с Кастетом. Как настоящий предводитель семьи, котяра увел жену и детей к себе на постоянное место жительства, вырыв для полулысых отпрысков уютную и жаркую нору в земле среди густых корнишонов.