Книга Любовь и курица, страница 68 – Елена Иваненко

— Врет, зараза, – подскочил с пола хозяин столовой.

— Мы слышали! Правду Верка говорит! – поддержали коллегу лепщицы пельменей.

— Подслушивали, ведьмы! Всех к чертям уволю! – взвился Мартынович, но жена его осадила.

— Значит, так. Мне все это надоело, Руслан, – махнула она поленом, – я продаю столовую. Толку с нее все равно особо нет. Будешь боулингом заниматься, – вынесла приговор Людмила.

— Кто ж ее купит в нашей дыре? – ухмыльнулся муж настоящей хозяйки здания.

— Я недорого попрошу, по кадастровой стоимости, чтоб негде тебе было чужих баб щупать целыми днями, кобель, – пригрозила жена.

— Если по кадастровой стоимости, то я покупаю здание, – заявила Евгения Максимовна.

— Договорились, – обрадовалась Людмила быстрой сделке, ревниво косясь на работниц столовой.

— Максимовна, ты ж хороший предприниматель! Думаешь, столовка – золотая жила? На черта тебе балласт? – усмехнулся почти бывший ее управленец.

— Куриц сюда на обед буду водить, – пошутила фабрикантка.

— Вы меня теперь уволите? – смяла фартук Вера, щенячьими глазами глядя на новую владелицу.

— Нет, конечно, кто же будет рассольник для них стряпать? Курицы недоваренную перловку уважают, – рассмеялась Евгения Максимовна.

— Кстати, ты, Мартыныч, еще матери моей за разбитый павильон должен, – вспомнила Анька, – или в полицию идти?

— Не надо полиции, – заступилась за горе-мужа Людмила, – в зачет здания ларек возьму по рыночной цене, – шлепнула она супругу подзатыльник.

* * *

— Мам, а, правда, для чего тебе столовая? – вечером после подписания предварительного договора и внесения задатка открыла шампанское на кухне матери Анька.

— Это не мне, а тебе, дочь, – ошарашила Евгения Максимовна, – всю жизнь я деньги зарабатывала, внимания тебе достаточно не уделяла. Зато сейчас могу помочь, – ласково взглянула она в широкие от удивления глаза девушки.

— Спасибо, мама. Ты осуществляешь мою заветную мечту! – благодарные слезы потекли по щекам Окрошкиной. – Я все верну. Обещаю!

— Обязательно вернешь, – обняв дочь, из лирики круто выскочила на привычную деловую почву Евгения Максимовна, – стимул будет работать и зарабатывать, чтоб не расслаблялась. Я горжусь, что ты самостоятельная и смелая, а не мажорка!

* * *

Скоро рассказы читаются, да не скоро пишутся, как и сверхприбыли в сельской столовой медленно делаются. Заполучив готовый бизнес, Анька на последние сбережения навела в нем желанную реорганизацию. Клиенты с радостью узрели обновленный веселыми шторами интерьер, свежие скатерти и изменения в меню.

В супах и котлетах теперь встречалось свежее мясо, среди выпечки появились перепечи и пицца, в компоте плавала сочная курага, а не старое варенье из смородины или крыжовника.

На витрине засиял розоватыми креветками даже «Цезарь», который выглядел симпатично, однако сытости не давал. Вскоре пришлось заменить его на капустный салат «Тазалык», который стоил дешевле, а к обожаемой сельчанами курице подходил лучше.

Стараясь для земляков, Анька сохранила демократичные цены, улучшив качество продуктов, что привело ей новых клиентов и прибавило сотрудницам столовой работы, но, увы, не зарплаты.

— Анна Сергеевна, надо поднимать цены, – как-то утром вторглась в ее кабинет обучаемая каждый день готовке Вера, – у нас же теперь кафе.