Книга Громовы Лозы, страница 23 – Райна Фотева

Катя убрала со стола лишние тарелки и помогла накрыть его для чаепития, пока мужчины курили. Невестка кружилась с Томой на руках, одетой в милое трикотажное платье и ободок с заячьими ушами, которые разлетались при быстром движении. Девочка мило хохотала, заставляя всех улыбаться.

— Думаешь, рюмки еще оставить на столе? — спросила мама с сомнением, выставляя чайные пары.

Катя подняла за горлышко бутылку из темного стекла, которую использовали мужчины, покачала.

— Тут почти ничего не осталось, оставь.

После перекура вернулись все, кроме Вани, который в этот раз тоже выходил. А когда мужчины расселись, младший появился с баяном в руках. Широко улыбаясь, он смотрел прямо на сестру, зная, как она любит, когда он играет, и часто просит об этом. Семья восторженно зашумела, Павел удивлённо охнул, а тётя Света молча отодвинула для Ивана стул, чтобы дать место размаху баяна, и он сел.

— Ванюшка всегда знает, когда пора! — счастливо смеясь, произнесла мама, поглаживая парня по плечу, а Катя видела, что брат продолжает смотреть на неё с хитринкой, как будто ждёт от неё особенной реакции.

— Я играю, ты — поёшь, — наконец произнес он.

Катя удивлённо раскрыла глаза и выпрямилась. Иногда они действительно проводили так время вдвоём: он играл, а она пела, но никогда прилюдно, тем более сегодня в гостях новый человек. Ей было неловко, но она пока не могла подобрать слов, чтобы корректно отказаться и не подвести любимого брата.

— Но это сюрприз, — добавил Ваня.

В стороне заёрзала малютка Тамара, и Митя взял её на руки. Лена разливала чай, остальные сидели в ожидании музыки. Что делал Павел, Катя не хотела знать, она так сильно разволновалась от необходимости петь, что не время было добавлять ещё и мысли о нём.

Как только Ваня взял первые аккорды на баяне, Катя тут же узнала песню и чуть не расплакалась от нежности. Брат разучил одну из её любимых песен, которую она никогда не афишировала: просто иногда мурлыкала себе под нос, занимаясь делами, или подпевала колонке.

— Готова? — улыбнулся Иван, заметив её реакцию.

Девушка кивнула, с трудом сглотнула и подняла глаза. Ваня начал играть мелодию сначала, мягко ведя мех и уверенно держа аккомпанемент, а Катя аккуратно запела:

На последних словах Катя вскочила и крепко обняла брата, который иногда ей подпевал.

— Спасибо, — прошептала она, поцеловав его в румяную щёку, и повернулась к семье.

— Дети, — восторженно сказала мама, — какие же вы молодцы! Это было так красиво!

— Очень красиво, — вторили остальные.

Катины щёки горели, словно она сама только пришла из бани. Она вернулась за стол всё ещё в волнении, хотела сосредоточиться на чае, но решила сначала успокоиться, поэтому взялась нарезать торт, приготовленный Леной, потом разложила его по тарелкам. Ваня заиграл «Тонкую рябину», семья подпевала. Катя впервые взглянула на Павла. А он смотрел на неё. Чёрные глаза под действием алкоголя стали как будто масляными, и он словно слал ей какие-то новые сигналы. Это удивляло и настораживало.