Книга Спор на Милую, страница 4 – Алика Алмаран

— Здравствуйте. Меня зовут Валерия Милая, и мне необходимо встретиться с…

В этот раз меня прервал телефонный звонок, и мне не пришлось выслушивать очередную шутку по поводу моей фамилии, но от этого не стало легче…

— Да, я вас слушаю, Роман Степанович. Угу. Да. Поняла. Хорошо.

Как только девушка повесила трубку, она снова вернула все свое внимание ко мне:

— Мне не назначено, но я должна поговорить с…

— Вас примут. Но вам необходимо подождать, — бестактно перебила меня девушка.

— Примут? — переспросила я удивленно. Но радость, что мне не пришлось долго объясняться, перебила мое недоумение.

— Да. Совладелец и генеральный директор.

Холодное лицо брюнетки, лишенное эмоций, лишь взглядом показало мне в сторону маленького диванчика, давая понять, что дальше наша беседа не имеет смысла.

— Рома, просыпайся!

Раздвинулись шторы, и яркий свет заполнил комнату, заставляя меня зажмуриться. Голова раскалывалась, намекая, что вчера я явно переборщил с алкоголем.

— Рома, вставай! Еще Дениса в новую школу везти, — заботливо произнесла домработница.

— Ох, Евгения, уволить бы вас! — пробурчал я, пряча голову под подушку.

— А что ты без меня будешь делать? — усмехнулась женщина, собирая вещи и продолжая ворчать: — Непонятно, кто больший неряха в семье — сын или отец.

— Ваша правда. Знаете, что мы без вас не проживем и трех дней, а вы нагло этим пользуетесь!

Евгения много лет работала у нас помощницей, но за последние несколько лет стала для нас всем. После того как Марина сбежала с новым ухажером, бросив сына, а я долго не мог прийти в себя, эта милая женщина взяла на себя все хлопоты по дому, продолжила заботиться о Денисе и любила его, как родного. Конечно, она не могла заменить ему мать, да и по возрасту больше походила на добрую тетушку. Но если бы не ее забота и доброе сердце, я даже не знаю, как бы справился.

Так что наши постоянные перепалки были лишь ширмой. Она прекрасно понимала, как я ей благодарен.

— Роман, тебе жениться пора! — вдруг заявила она ни с того ни с сего, и я едва сдержал смешок. — Я не становлюсь моложе, когда-нибудь уйду на пенсию и уеду жить в деревню. А вы как без меня? Конечно, я буду рада вас видеть у себя в гостях, но к этому времени тебе надо найти хорошую девушку. Братика или сестричку Дениске подарите. Ребенку негоже расти в одиночестве.

— Ой, Евгения, опять вы за свое? Я думал, мы больше не будем поднимать эту тему. Да и где ж я вам ее найду, хорошую-то?

— Ну уж не в ваших клубах и модных ресторанах, — прыснула она, чем позабавила меня еще больше. — Знаете что? Охотницы за богатствами туда ходят, как на рыбалку.

Встав на ноги и почесав бороду, я парировал шутя:

— Так охотницы или рыбачки? Вы определитесь. Тем более я больше на зверя похож, чем на рыбу. Гляньте на меня, кто такого мамонта поймает?

Я сделал пару шагов в сторону женщины, притворившись, что вышел на охоту, поймал ее и начал щекотать. По комнате разнесся задорный смех, но, отбившись от меня, Евгения тыкнула пальцем в мою бороду и продолжила ворчать:

— Остановись, щекотно! Лев Николаевич Толстой оценил бы эту жуть у тебя на лице. Только он был дремучий старик, а ты молодой мужчина, слегка за тридцать.

— Говорят, бородатые мужчины нынче в моде, — поддел я.