Книга Всё начинается с нуля, страница 210 – Ания Сказ

— Я, я догадался, что речь в пророчестве шла не о Даларе. Ещё когда девчонка сбежала от него во второй раз. У Шелд'арина с ней явно не клеилось. Вечная погоня никак не была похожа на перст судьбы. Кроме того, я приглядывал за Даларом, вызывая образы в пряном дыму трав. И однажды узрел лик настоящего избранного. Именно благодаря мне ритуал единения все равно состоялся, — Далсинар самодовольно осклабился. — Состоялся? — Недоверчиво переспросил остроносый эльф из числа предводителей. — Это с кем же?

— С ним! — Когтистый палец Далсинара уткнулся мне в грудь.

Теперь уже я почувствовал, как горит мое лицо под прицелом множества пристальных взглядов.

— И ты уверен, что обряд подействовал?

Далсинар гордо выпятил подбородок. — Чтобы у меня отсох язык, если эти двое теперь не слышат мысли друг друга.

Мы с Шарин понимающе переглянулись и слегка кивнули, подтверждая слова жреца.

— Я и раньше мог видеть вещие сны о Шарин. — Вновь внес смуту я в только что наметившееся равновесие.

— Про-ве-дэн-ци-я, — четко и по слогам прошелестел жрец, — если он сможет вернуть Нолгору былое величие, то я готов служить и ему, — Далсинар отвесил мне снисходительный поклон.

— Предатели мне на службе не нужны. — Сухо отозвался я.

Мои глаза встретились с глазами стража и на плечо подорвавшегося на месте Далсинара легла тяжёлая рука.

— Я старался для общего блага! Неблагодарные! — Голосил он, пока его под белы ручки выводили из комнаты, ропот в которой начал напоминать рой разъяренных пчел:

— Талорнинг на троне Норхиля?

— Как такое возможно?

— Ошибка!

— Он такой же талорнинг, как и любой из вас! — Вновь поднялся аман Тхозаир.

Я решительно боролся с нахлынувшими эмоциями. Если сейчас ещё и отец скажет, что он мне на самом деле чужой дядя, то я, пожалуй, пойду и закончу так же, как приснопамятный Далар Шелд'арин и пропадите вы все пропадом, вместе с Нолгором и проклятой проведэнцией.

Судя по лицу, Шарин, она думала о чём-то похожем.

— Норхиль признал его и не отобрал силу, — спокойно молвил вернувшийся страж, — я сам видел.

Аман Тхозаир энергично указал на него раскрытой узкой ладонью. — Кто ещё из эльфов полуострова может позволить себе колдовать в стенах Норхиля?

В ответ раздалось молчание, но на лицах некоторых нолгорцев все еще блуждало сомнение.

— Докажи им, Нимдраэль! — Распорядившись, отец вновь царственно опустился на свое место.

А меня обуяла целая плеяда смешанных чувств. С одной стороны очень хотелось утереть нос этим неверующим феньяр, но с другой, краешком сознания я понимал, что виной всему вовсе не чудесное пророчество, а волшебный камешек, спрятанный в кармане моих брюк.

Я бледно улыбнулся притихшему собранию и щелчком пальцев зажег на ладони язычки белого пламени. Кажется сей эффектный жест вошёл в список моих любимых фокусов.

Отделившись от моих пальцев, он медленно проплыл по кругу, озаряя холодным сиянием напряженные и удивленные лица. Вернувшись в мои ладони, он тихо потух.

Пространство наполнили шорохи и шелест медленно склонившихся голов. Представление дало нужный эффект.

Аман Тхозаир сиял как начищенное блюдо:

— Надеюсь, теперь ни у кого не осталось сомнений?

Нолгорцы почтительно молчали, лишь изредка бросая зачарованные взгляды на мой лоб. На котором вне всяких сомнений вновь горела метка.