Книга Всё начинается с нуля, страница 36 – Ания Сказ

— И это все опасности? — самоуверенно улыбнулся я. — Старая башня и призраки?

Шарин уязвлённо вскинула подбородок.

— Вот именно, что старая и ветхая, о которой к тому же много веков ходит дурная слава. Кричи не кричи, а никто даже на пушечный выстрел не подойдёт. А ещё я не доверяю этим типам.

На честных людей они не похожи.

Я широко улыбнулся принцессе.

— Мне приятно, что вы за меня волнуетесь.

Ответом мне было многозначительное молчание, растянувшееся на всю оставшуюся дорогу до замка. На пути нам больше никто не встретился, кроме повозки, доверху нагруженной бревнами. Четверо сонных волов тащили её за город на песчаный пустырь, отделяющий Златавир от Жемчужного залива Перкалидос и Янтарного мыса Суйда. Там уже вовсю работали молотки, собирая ристалище для сегодняшнего турнира.

В замке наши пути с Шарин разошлись. Она отправилась отдыхать и готовиться к вечернему мероприятию, а я, проводив принцессу до дверей её комнаты, спустился в кухню за мясом и вином, чем изрядно напугал поваров, в поте лица готовивших пир, который должен был состояться после турнира, в честь помолвки принцессы с победителем. Всё это было очень оптимистично, но памятуя слова Люция о том, что после устроенного Шарин разгрома никто не захочет просить её руки, вновь стало крайне интересно, что такого ужасного наговорила своим женихам принцесса и какой феерический номер нас ожидает сегодня. А что нас обязательно поджидает что-нибудь этакое, я был уверен. Шарин не из тех девушек, которые быстро сдают позиции. Но ещё интереснее, что будет делать король Роган, если и вправду кроме Люция никто не явится.

Неожиданно я поймал себя на мысли, что не хотел бы оказаться в числе участников турнира. Если и добиваться расположения Шарин, то не таким способом, совсем не таким.

Перекусив в небольшом палисаднике, я вернулся к себе, намереваясь как следует отдохнуть. Наконец-то.

В очередной раз мне приснился удивительно реалистичный, красочный сон.

Я сидел на тёплых камнях, обласканный весенним солнцем. Безмятежность и покой царили в моей душе, подкрепляемые дивной мелодией, которую играл на флейте Аэрдил из дома Ветряных Колокольчиков, раскачиваясь на ветках цветущей яблони. По крайней мере, флейтист был очень на него похож, за одним исключением — бубенцы в черных волосах отсутствовали. Издаваемые флейтой звуки ветерком разлетались по глади каскадных озёр, шевелили яблоневые кроны, осыпая нас хлопьями белых соцветий, путались в волосах, врезались в самое сердце, заставляя его петь в унисон с дальним хором горных водопадов. Глаза флейтиста были закрыты, он полностью отдался игре на инструменте, и от этого мелодия с каждой нотой становилась всё чище и прекраснее. Он играл обновление, играл обещание, он играл любовь.

Я был уверен, что увиденное мной место существует, и я бывал там и лично знал того музыканта. А сейчас, во сне, я неосознанно скучал по тем краям.

Проснулся с чувством опустошения и лёгкой тоски. Моё пребывание в этом чужом человеческом городе казалось кощунственно неправильным. А ещё неправильным казалось так громко барабанить в дверь. Поморщившись от накатывающей головной боли, пошёл открывать.

На пороге стояла не по статусу растрепанная Шарин с ветхой книгой в руках. Уж не знаю, куда она спрятала того бугая, который только что буквально выламывал мою дверь, но за спиной принцессы маячила только бледная Улима.