Книга Истинная для крылатого, страница 24 – Ингрида Пюли

— Мы поговорим позже. А тебе, — обратился он снова к Синтии, — уже пора. Зайди послезавтра.

— У вас будет бал, мне полагается присутствовать на нём.

— И Виктор тоже будет? — ахнула я, силясь угадать ответ на лице Рейнолда раньше, чем он его произнесёт. Хотя уже угадала.

— Я буду рядом, Оливия, помни это.

Слова-заклинания, понятные нам обоим. Что бы ни произошло, я не позволю тебя обидеть.

Когда за посетительницей закрылась дверь, Рейнолд увлёк меня в свой кабинет и плотно закрыл дверь:

— Подумай о моём плане. Исильда уже полукровка, это не надо будет никому доказывать. Её дядя бургомистр в пригороде столицы, ей всё равно ничего не будет.

— Но у неё нет запретной магии, — возразила я.

Приятно, что Рейнолд готов защищать меня всеми силами.

Вдвойне приятно, что у него есть ещё один план на случай, если первый не сработает.

И всё же мне было тревожно. Как я буду будить магию другого человека, когда моя только начала набирать силы?

— Есть, наверняка есть. На балу, когда она выйдет из себя, будет крутиться возле нас и язвить, ты это почувствуешь. Не может у неё не быть ни капли! Когда я рядом, твоя магия усилится.

Я улыбнулась, но мне было грустно:

— Ты просто хочешь отомстить бывшей невесте? Или с родословной Синтии будут проблемы? Она говорит, что у неё есть дворянские корни.

— Я просто хочу скорее защитить тебя, и чтобы никто не посягал на моё сокровище!

Это было сказано таким тоном, что потеплело в груди. Вот он опять проводит тылом ладони по моей щеке, спускаясь ниже, по шее, покрывшейся от его прикосновения гусиной кожей, и я желала, чтобы прикосновение достигло груди, а потом спустилось ниже, обнажив кожи, избавив её от ненужных в таком деле тряпок.

Закрыла глаза, потянулась за его рукой, и Рейнолд обнял меня. Не крепко, а как ценную хрупкую вазу.

— Я приснюсь тебе сегодня, Оливия, — прошептал он мне на ушко. — Ты сама убедишься, что для нас нет ничего невозможного.

Обычно во сне я видела Рейнолда в истинном облике. Но той ночью мы стояли рядом, как обычные люди, держались за руки на берегу Драконьего зеркала на закате дня.

— Что мне делать? — спрашивала я дракона снова и снова, но он прикладывал палец к губам и снова оборачивался к горизонту.

По безупречной глади озера пошла линейная рябь и расплескалась у моих ног брызгами. Из воды вдруг поднялся столб насыщенно-голубого цвета. Если бы мы с Рейнолдом попытались его обхватить, продолжая смыкать руки, то и тогда не смогли бы.

— Что это? — задыхаясь от восторга, от присутствия чего-то такого всеобъемлющего рядом, что все мы, даже драконы, по сравнению с ним просто пылинки на ладони Единого источника, прошептала я.

А потом столб воды взорвался, окатив нас с Рейнолдом с ног до головы, и я проснулась.

Вскочила, будто всё ещё чувствовала себя промокшей и едва спасшейся. Первым побуждением было бежать к Рейнолду, но я быстро пришла в себя и покраснела.

Рейнолд из рода Серых скал мне хоть и жених, истинная пара и всё такое, но не муж. Одно то, что я жила с ним под одной крышей, считалось падением добродетели. Пока я внутренне уверена, что мне не в чем себя упрекнуть, мне не стыдно смотреться в зеркало и держать голову высоко поднятой.

Кое-как удалось снова лечь в постель, предварительно заставив Марию сменить влажное от пота бельё, и заснуть.