Книга Без паники! или Влюбиться любой ценой, страница 147 – Любовь Фомина

— Неужели я слышу нотки ревности? — Начинает прям посмеиваться Миша, как будто я анекдотами тут балуюсь. А я ведь серьезно! Всю душу ему свою наизнанку выкручиваю.

— Ой, неужели у тебя с ушами все в порядке! Да, я ревную! — Честно признаюсь я, ведь отступать уже некуда. — И что? Вот дальше что? Разве это что-то меняет? Ее кто-то выгонит?

— Думаю, ничего не изменится. Но я попрошу, чтобы ей дали другого наставника.

— Хорошо.

— А может, ты мне еще что-то хочешь сказать? Возможно, из-за чего ревность… — Намекает мне Миша на мой должок. — Ты, наверно, забыла сказать, как сама относишься ко мне.

— Я … Так, перестань вывести меня на

— Я никуда не вывожу, — смеется Миша. — Просто интересуюсь.

— Манипулятор, — прищуриваю я глаза.

— О нет, эти глаза! — Просыпается в Мише непризнанный актер. — Таким взглядом обычно убивают и без оружия! — Добавляет он слишком много интонаций в голос и взмахивает руками, падая спиной на диван.

Мне становится смешно. Даже в, казалось бы, безвыходной ситуации Миша веселит меня. И начинает казаться, что все не так страшно, все решаемо, трагедию делать не нужно, как сейчас делает сам Миша. Я, чуть ли не плакавшая еще пять минут назад, уже громко хохочу на весь кабинет. Отталкиваюсь от пола босыми ногами, встаю коленями на диван и падаю на Мишу, обнимая его.

— Люблю тебя, — шепчу я ему на ухо.

— Ради этих слов я живу, — вновь драматизирует он. Но я знаю, насколько были важны для него эти слова.

Прежде чем вернуться к работе, приходится собрать туфли, разбросанные по кабинету. Настроение улетает за пределы возможной высоты, прорезая облака и слои атмосферы. Миша еще сидит на диване, смотря на меня. Я предпочитаю думать, что любуется. Ему без разницы, что тут кажется одной сумасшедшей влюбленной, а мне приятно.

— Нужно ехать, — резко ставит он меня перед фактом.

— Куда?

— Я предупреждал, что нужно будет уйти пораньше. Так что ухожу сейчас, чтобы точно успеть к концу рабочего дня тебя собрать. Отсюда сразу поедем на ужин с родителями.

— А скоро эта тирания кончится? Когда моя машина вернется из ремонта?

— Ань, там все так плохо, совсем скверно. Много старых деталей, дыры, износ … Даже не вникай. Машину чуть не сначала собирают. Детали под заказ, доставка занимает много времени … Не скоро.

По сути, Миша просто отмахивается. Я не удивлюсь, если моя старушка уже давно стоит где-то в углу его гаража. Но выводить на чистую воду в таком мелочном вопросе, когда есть проблемы куда более существенные, я не хочу. Если Мише нравится меня возить, то пускай. Главное, чтобы я от этого не страдала. В крайнем случае, всегда есть такси.

Миша уходит. У меня появляется двоякое чувство. Вроде никто не мешает, но в то же время так одиноко без него. Будто весь мир отгородился от меня этой деревянной дверью. Но долго разбираться в своих чувствах у меня нет времени. И так близится конец рабочего дня, а ни одно из дел до конца не доведено.

Так за работой время начинает ускоряться и несется с бешеной скоростью. Я и опомниться не успеваю, как вновь открывается дверь кабинета. Миша вернулся. Он улыбается и бросает на меня хитрые взгляды, но молчит. Будто намекает на что-то, а я никак не могу понять. Но все в сторону. Я выключаю компьютер и начинаю собираться. Не хватало еще опоздать на внезапный ужин с его родителями. Причем, к слову, с мамой я еще не успела познакомиться лично. Повезло еще, что одета прилично.