Книга Без паники! или Влюбиться любой ценой, страница 16 – Любовь Фомина

— Значит, можете выходить через две. У нас был вахтовый режим, — переходит женщина на хрип, обильно прокашливаясь, — так что ваше место освободится только через четырнадцать дней.

— Хорошо.

— Будете работать с детьми. Следить за их графиками и заполнять несложные таблички. Ничего сложного, да и дети у нас здесь неплохие. Они все временно проживают у нас, пока не подойдет время их суда. Там уже решается вернут детей в семью или нет. Но не переживайте, хулиганов у нас нет. Детей временно изымают из семей по разным причинам. А вам нужно будет просто за ними следить. Название должности связано с реабилитацией, но для нас проще и удобнее называть вас воспитателями.

— А психолог не требуется? У меня образование …

— Психолог? Ну да… — Утыкается женщина в бумаги. — Не беспокойтесь, потом будете работать психологом. Переведем вас. Просто сейчас очень нужны люди, которые смогут работать более … тесно … с детьми. Как только наберем еще пару человек, то непременно переведем вас на другую должность.

— Поняла вас, хорошо.

— Тогда собеседование окончено, проходите в соседний кабинет. Там вас оформят.

Кивая, выхожу из кабинета. Уже берут? Так сразу? Удивительно, что я вообще взяла с собой документы на всякий случай. Вот уж точно неожиданный поворот событий. Но почему бы и не попробовать. Такого опыта у меня еще не было, а по специальности работать я хотела изначально. Все начинается с малого, особенно с зарплаты. К тому же никто не отменял то, что мне может здесь понравиться.

В соседнем кабинете меня уже ждет полная женщина с проседью, укутанная в плед. Она делает копии всех моих документов и отправляет в следующий кабинет. И теперь я направляюсь в бухгалтерию. Но, только постучавшись в дверь, уже понимаю, что нечасто стану сюда заходить. Посреди кабинета вальяжно на стуле сидит вполне симпатичная женщина. Симпатичная … пока не начинает говорить. Изначально она настроена ко мне почему-то враждебно. Хабалисто отвечает на мои вопросы, касающиеся зарплаты и ее выплат, будто я уже провинилась и чем-то оказалась обязана. Лишнюю работу ей подкинула своим присутствием? Ну извините, работать иногда надо.

Передо мной падает листок, на котором нужно написать заявление. И в этот момент в кабинет лениво затекает женщина из кадров, от которой я только ушла.

— Что делать с деньгами? Нужно ставить забор, средства уже были выделены, — никак не стесняясь моего присутствия, начинает разговор только прибывшая, склонившись над бухгалтершей.

— А я че знаю что ли? Деньги разделили. Ждем нового пополнения бюджета. — Двусмысленно отвечает сидящая.

— А с газовой трубой что?

— Тоже ничего. Деньги кончились. Все поделили поровну. Если че, то свои я не отдам.

— Ну ладно, тогда будем ждать. В крайнем случае ответим, как в прошлый раз. — Задумчиво отвечает кадровичка и выходит из кабинета, бросая взгляд в мою сторону.

А я усердно сижу и пишу заявление. Меня эти внутренние разговоры не касаются. Голову откусывать мне не нужно за то, что невольно услышала этот диалог. Хотя он уже меня должен настерегать, здесь явно что-то нечисто и махинации присутствуют. Но пока оборонительная позиция с лицом «я ничего не знаю» — моя лучшая позиция. Разумеется, до тех пор, пока я не изучила всю эту кухню изнутри.