Книга Без паники! или Влюбиться любой ценой, страница 47 – Любовь Фомина

— Ну пойдемте.

Я разворачиваюсь, чтобы отвести Виктора на кухню, хотя бы задать вектор направления, как … Что-то резко касается меня и руки (ну явно же Виктора) обхватывают меня за талию, начиная сползать ниже.

Я вздрагиваю и отскакиваю в сторону, чуть не влетая головой в стену.

— Что вы себе позволяете?! — Уже не сдерживаюсь я, в разы повышая голос.

— А что позволяю? Кто? Я что ли? — Искренне удивляется мужчина, годящийся мне в дедушки.

— Ну не я же!

— Так это … Анечка … Ты сама меня повела на кухню. Знак к действию я никогда не упущу.

— Меня зовут Анна Александровна, а вы нарушаете мои личные границы. Немедленно покиньте дом.

Виктор ошалело смотрит на меня, не находя слов. Разводит руками и крутит головой, что-то осматривая вокруг себя.

— Тьфу ты… — Сопровождает он слова действиями. — Ну и дура.

Мужчина отмахивает рукой передо мной, а его глаза наливаются злостью. Он разворачивается и выходит из дома, хлопая дверью. Вот будто это я оскорбила его, начав щупать, есть ли там что под брюками!

Нет, ну точно увольняюсь. Правильное решение, в чем я вновь убеждаюсь. Не пойми, что творится в этой организации!

Дом начинает наполняться детским смехом. Кто-то возвращается с занятий, кто-то — из школы. И я уже готовлюсь к тому, что вновь придется бегать из комнаты в комнату, чтобы контролировать выполнение домашних работ, а некоторым деткам и помогать. Но планы вновь меняются. Директриса срочно вызывает к себе. Так что мне приходится собирать всех детей, собирая им с собой необходимые учебники, и отправлять в соседний дом.

На пороге нас встречает Соня — тоже молодая, как и я, девушка, моя коллега. Она сегодня приглядывает за детьми второго дома. Хрупкая, низкая девушка с порога улыбается нам, а потом отводит меня на кухню. Пообщаться. На пару минут.

— Это что такое? — Растерянно спрашивает она.

— Директриса распорядилась, — пожимаю я плечами, ведь ничего кроме правды, мне ответить нечего.

— У-уух! — Топает Соня практически прозрачной ногой и разворачивается. — Мало мне тут этих оболтусов! То обои срывают, то в окна пытаются вылезти … А тут еще и вторую партию на меня повесили.

— Сонь, извини … Я ж не специально.

— Да к тебе у меня вопросов нет. Не здесь надо виноватых искать. Что ей от тебя понадобилось?

— Если бы я знала… — Задумчиво произношу я, проматывая в памяти все свои действия, которые могли бы послужить причинами для моей явки на ковер.

— Но ты ни на что не соглашайся! — Садится девушка рядом со мной, успев сделать чашку чая. — А то представляешь … Явилась тут ко мне директриса … вчера … Да, вчера. Пришла и говорит, что давай-ка мы тебе «Спасибо» за работу скажем, а то денег нет платить. А я уже месяц здесь практически живу! Двое суток здесь, на ночь домой не уезжаю, потом после третьего дня уже еду на ночевку домой, а потом вновь возвращаюсь сюда. Бешеные переработки! Выходными сразу отказались выдавать отработанное, а сейчас еще и деньги зажмотили! Ань, ну что это такое?

— Ничего себе … Я в шоке, Сонь. Я не знала.

— Да это еще что! Ты знала, почему мы теперь еду на тарелках детей каждый раз фотографируем? А потому что одна из коллег написала на меня докладную, что я горошек не даю детям, а себе домой забираю! Вот и как теперь работать то? Сдался мне этот горох деревянный, ценой рублей в двадцать. Питаться что ли больше нечем.