Книга Без паники! или Влюбиться любой ценой, страница 67 – Любовь Фомина

Он же тяжело вздыхает и запрокидывает голову назад, ставя руки по бокам. Смотрит в потолок. Застывает. Стоит. Стоит …

— Вы долго планируете это делать?

— Что? — Отвечает он скорее равнодушно, нежели правда желая узнать полную версию вопроса.

— Ну пытаться превратиться в статую? Или взглядом пробивать дыру в потолке, чтобы сделать кабинет двухэтажным и сбежать от меня. Откуда я знаю, что вы делаете? Стоять, наверно, нет?

— Я пытаюсь что-то придумать.

— Нечего уже придумывать. Мы с вами идем на интервью.

— Понимаете, — наконец отмирает он и подходит ближе ко мне, облокачиваясь на стол, — нам с вами, Анна Александровна, там придется играть пару. Вы настолько хорошая актриса, что можете сыграть влюбленность?

— Если очень надо, то могу. — Откидываюсь я на спинку стула, чтобы хоть немного увеличить расстояние между нами.

— Ну-ну, — усмехается Михаил.

— А вы во мне не сомневайтесь. Лучше о себе подумайте.

— Я — …

— … профессионал, да, да. — Перебиваю я Михаила, заканчивая его коронную фразу. — Это сложно забыть. Я в этом не сомневаюсь, так что давайте готовьтесь к завтрашнему дню.

— Анна Александровна, ничего вы не понимаете. Как обычно, — потирает он руками переносицу. — Готовиться надо не мне, а нам. Явно ведь будут задавать вопросы, касающиеся личной жизни, которая по легенде у нас с вами общая. А это значит, что для подготовки к интервью, нам нужно провести максимум времени вместе и узнать как можно больше друг о друге.

— Ой-ё… — Случайно вырывается у меня. А ведь я об этом и не подумала! Потерпеть часик … ага … Один безобидный часик вылился практически в целые сутки!

— Неужели до вас дошло! Вот это да! Рад, что вы хотя бы свои ошибки умеете видеть и признавать.

— Я не …

— Но теперь нам предстоит много общаться, — перебивает меня Михаил, не давая вставить и пары слов по поводу признания ошибок. — Составьте список того, что вам нравится и не нравится, напишите ваши планы и кратко о распорядке дня. В конце рабочего дня обменяемся списками. — Вновь вздыхает Михаил и отходит от моего стола. — Ладно, хотя бы контракт будет. — Говорит он будто сам себе, убеждая в небезнадежности предстоящего интервью, и уходит к себе.

— Мне не нравится эта идея, — говорю я ему уже в спину, но меня никто не слышит. Или не хочет слышать, что более вероятно. Но и списки составлять — полнейшая глупость. Есть время придумать другой выход из ситуации, более адекватный.

И я благополучно забываю об этой странной затее со списками, полностью погружаясь в работу. Михаил тоже занят своими делами и даже не выходит из кабинета. Разве что иногда проносится мимо меня, хлопая дверью, и оставляя за собой ниточку прохлады, а потом возвращается, также проветривая мою часть кабинета. Он слишком серьезен для такого суетливого поведения. Пару раз я поднимаю на него глаза, но его лицо не выражает ни единой эмоции. Михаил совсем не замечает моих взглядов на него. И это прекрасно! А то завел бы вновь свою мозгодробительную шарманку.

— К вам или ко мне? — Совершенно внезапно Михаил, взявшийся из ниоткуда, садится напротив меня, облокачивается на стол, чуть ли не ложась на него, и смотрит в упор. Я подскакиваю от неожиданного вопроса, да и от самого вида Михаила, если честно. Хочется его видеть как можно меньше. А лучше и вообще не пересекаться. Но он тут. И застает меня врасплох с интересным вопросом.