Книга Бурый. Приручить истинную, страница 108 – Екатерина Антонова, Бетти Алая

Мы подходим к небольшому возвышению.

Из сухой, потрескавшейся земли торчат три массивных, почерневших деревянных столба.

Вокруг них начерчен огромный круг. Руны на земле написаны свежей, еще не высохшей дымящейся кровью.

От этого места разит смертью. К горлу подступает тошнота.

— Это ритуальные столбы, — утробно рычит Улисс. — Место, где Цикл жизни будет закончен!

Марвин и Улисс действуют быстро.

Меня прижимают к центральному столбу. Привязывают черными путами, которые тут же начинают жечь кожу.

Таню пригвождают к соседнему, более мелкому столбу.

— Умоляю, послушайте меня! — до последнего стараюсь достучаться. — Вы совершаете страшную ошибку! Вы не спасаете наш мир, а наоборот подталкиваете его к катастрофе! Демоны не держат обещаний, они уничтожат оборотней! В этом их цель!

— Нам не нужны твои проповеди, Проводник, — холодно обрывает меня Марвин, доставая ритуальный нож. Он подходит ко мне вплотную, вглядываясь в мое лицо. — Нам нужен второй ключ. Призови второго Сновидца.

— Нет… — шепчу. Безумно хочу расплакаться, но не позволяю себе пролить и слезинки. Я Проводник. И должна защитить наш мир. — Никогда этого не сделаю!

— О, я ждал этого ответа, — рычит Улисс.

В ту же секунду мое тело словно пронзает тысяча раскаленных игл.

Черные путы на столбе вспыхивают багровым огнем. Такое чувство, что все мои кости разом ломаются.

— А-а-а-а-а! — кричу от боли, но даже в мыслях не допускаю призыва Марины. Я не сдамся. Не сдамся!

Боль утихает так же внезапно, оставляя меня висеть на веревках совершенно обессиленной.

— Упрямая, — Марвин недовольно качает головой. — Ну ничего… У нас достаточно времени, чтобы ты передумала.

Мое тело снова подвергается этой адской пытке…

Секунды тянутся, словно вечность. Кричу, плачу… Извиваюсь.

Таня рядом рыдает и умоляет отпустить меня.

Кажется, что это место наслаждается моими страданиями.

Не знаю, сколько проходит времени.

Я переломана, хотя на теле нет и царапины. Вся мокрая от пота, ночнушка насквозь.

— Сильная, — выдыхает Марвин. Он стискивает зубы — я вижу, что его терпение на исходе. Взгляд предателя падает на Таню. — Значит, придется действовать основательнее.

Он делает шаг к девочке.

Нет! НЕТ! Гордей… Где же ты?! Ты так мне нужен!

Я собираю оставшиеся силы, а затем кричу, вложив в свой голос все отчаяние:

— ГОРДЕЕЕЕЙ!

Гордей

— ГОРДЕЕЕЙ!

Крик моей истинной врывается в сознание, вынуждая споткнуться. Я качусь по снегу, затем вскакиваю на лапы. Судорожно оглядываюсь. Поля!

Это ее голос, точно ее. Настоящий, живой, полный отчаяния.

Мой медведь сходит с ума. Я встаю на дыбы, яростно реву. Прибавляю скорость, мощными лапами стаптывая призрачный снег мира мертвых.

Сзади несутся Ичи, Ася и Игорь Медведев. Отец моей девочки едва не наступает мне на пятки, его морозная аура обжигает спину.

Но вдруг впереди, посреди бескрайнего белого поля, материализуется плотная стена ледяного тумана. Пространство искрится, и прямо перед нами вырастает силуэт.

Резко тормозим. Замираем.

Из тумана появляется Горан — Дух Зимы.

Лысый, покрытый татуировками. Его глаза светятся жидким льдом, лицо не выражает никаких эмоций. Могучая фигура облачена в рваные темные лохмотья.

— Горан! — рычу, едва удерживаясь, чтобы не броситься на него. — Где она?! Поля! Где моя пара?!