Книга Сделка после развода. Исцелю тебя, генерал, страница 128 – Зена Тирс

— Не устала? — тихо спрашивает он.

Я качаю головой, улыбаюсь.

— Нет. Сегодня я готова танцевать с тобой хоть до самого рассвета, родной.

Из-за его плеча я рассматриваю гостей.

Совсем рядом кружится Калеб со своей женой. Оба красивые, гибкие, на их лицах озорные улыбки.

Я невольно улыбаюсь.

Совсем недавно каждый его шаг сопровождался мучительной хромотой. Я провела с Калебом почти месяц лечения, и мне удалось заставить его искалеченного дракона регенерировать старые раны. Но не все раны можно исцелить, и дракон Калеба, к сожалению, остался глух. Но зато нам удалось полностью справиться со шрамами и хромотой. И теперь Калеб двигается легко и свободно, кружа в танце жену.

Он смеётся над словами своей любимой, что-то шепчет ей на ухо, а она счастливо улыбается, и в этот миг становится совершенно очевидно: они ещё очень долго будут смотреть друг на друга именно так.

Чуть дальше Пирс ведёт в танце леди Элеонору. Они оба уже весьма преклонных лет, но сколько же огня в их глазах, сколько страсти.

Я только несколько дней назад закончила последнюю операцию лорда Пирса. Теперь от страшных ожогов почти не осталось следов. Я даже замечаю, как молоденькие девушки украдкой бросают на высокого статного Пирса восхищённые взгляды, и едва сдерживаю улыбку, гордясь своей работой.

А по другую сторону от нас Максимилиан Райнхарт танцует со своей бывшей женой.

Ещё одно маленькое чудо.

Когда-то я боялась, что он, как и Гаспар, никогда больше не сможет подняться с коляски. И та операция, которую я провела ему совсем недавно, стала самой сложной за всю мою жизнь.

Я провела над ним несколько часов напряжённых часов, почти не дыша.

Но зато теперь он уверенно держит свою спутницу за руку, и оба они смотрят друг на друга так, словно мира вокруг больше не существует. Я знаю, что совсем скоро они тоже сыграют свадьбу.

И почему-то от этой мысли становится особенно хорошо.

Будто мир наконец начинает возвращать людям то счастье, которое когда-то у них отнял.

Я крепче прижимаюсь к мужу.

Снова и снова благодарю судьбу, что привёл меня в его объятия.

— Спасибо, — шепчу тихо.

— За что, милая?

Мы смотрим друг на друга.

В его взгляде столько любви, что у меня перехватывает дыхание.

— За тебя. За то, что сделал меня своей.

Он улыбается.

Так тепло, по-настоящему.

Я не выдерживаю первой, приподнимаюсь на носки и легко касаюсь его губ своими.

Гаспар отвечает сразу — медленно, нежно.

От его поцелуя внутри всё сладко замирает, даже ноги подгибаются, но он крепко держит меня, не давая упасть.

Вокруг раздаются весёлые возгласы.

— Целуй её! Ещё! Не отпускай её, генерал!

Кто-то смеётся, кто-то хлопает.

Я тихо смеюсь прямо ему в губы, запускаю пальцы в его волосы, и мы продолжаем — увереннее, крепче, горячее, так, что весь окружающий мир растворяется, оставляя только нас двоих.

Сердце несётся вскачь, хочется большего, и я знаю, что ночью всё случится. И это будет снова так горячо и так нежно. Мы с ним словно две половины одного целого, слишком долго искавшие друг друга. Слишком истосковавшиеся друг по другу.

И вдруг между нами уверенно толкается малыш.

Мы одновременно замираем.

Улыбаемся.

Гаспар осторожно кладёт ладонь на мой живот.

— Кажется, кто-то тоже решил присоединиться к празднику.

— Конечно, — тихо смеюсь я. — Он уже знает, что сегодня самый счастливый день нашей жизни.