Онлайн книга «Граф»
|
К пушке было разработано два типа снарядов – фугасный и зажигательный. Поначалу Данька думал ещё и по поводу бронебойного – но потом отказался от него. Потому что по всем расчётам фугасного оказалось вполне достаточно. Да, он помнил, что Крымская война стала бенефисом броненосных плавучих батарей, но вряд ли толщина их брони сильно превысит четыре дюйма. Что для остроконечного снаряда весом три с половиной пуда – не препятствие. В худшем случае получится как у «Зверобоев» ИСУ–152 во время Великой Отечественной при столкновении с «Королевскими тиграми». У «Зверобоев» тоже не было бронебойных снарядов, но даже когда фугасные по каким-то причинам не проламывали двухсотмиллиметровую лобовую броню башен, то просто сшибали эти башни с погона… — Ну что, Ваша Светлость, теперь домой, к жене и деткам? – поинтересовался подошедший Аносов[59]. Для работы над новыми пушками Даниил подтянул всех, кого возможно: и Павла Петровича, и Мирона Черепанова, и Павла Обухова – молодого, но уже зарекомендовавшего себя инженера с Гороблагодатских заводов, насчёт которого у Даньки промелькнула мысль, что, может быть он и есть тот самый Обухов, который построил Обуховский завод, но потом он её отогнал – ну где Питер, а где Урал? Плюс с ними работала парочка немцев с его заводов, которых ему порекомендовал Крупп, каковой, кстати, за то время, которое бывший майор провёл здесь, и сам приезжал пару раз. Уж больно его этот вопрос интересовал. Ну да недаром в той, другой истории его называли «пушечным королём». Впрочем, вполне возможно, этот титул не минует его и здесь. В конце концов, если Крымская война на этот раз будет идти так же, как она шла в той истории, которая осталась только в памяти бывшего майора, – их с Круппом заводы окажутся самыми близкими к Крымскому театру военных действий, который и даст название всей войне. И военное ведомство точно их как-то задействует на обеспечение армии… От самих военных в команду были кооптированы генерал-майор Вессель и полковник Резвой. Причём с генерал-майором у Даньки отношения поначалу не сложились, но, когда до Перми с короткой инспекцией добрался генерал от артиллерии Кутайсов, всё быстро устаканилось. — Да, думаю, через пару дней двинусь в обратную сторону. Чтобы успеть до того, как реки встанут. В Перми он проторчал почти год. Ева Аврора выдержала полугодовую разлуку, а потом плюнула на всё и, будто жена декабриста из прошлой ветви реальности, взяла да и прикатила в Пермь с младшими детьми. Он поначалу даже слегка удивился – и как решилась-то? Старшенькая-то недавно родила – неужто ей не нужно никакой помощи? Но потом до него дошло, что кому помогать у новоиспечённой цесаревне и помимо матери найдётся немало. Потому что она, как в своё время и его жена, даже кормить сама не будет! К тому же нынче путешествие до Перми стало куда менее обременительным, нежели тогда, когда он отправился сюда в первый раз строить Горнозаводскую железную дорогу. Нынче от Питера до Нижнего Новгорода на обычном пассажирском поезде можно было добраться всего за два дня, а учитывая, что Ева Аврора с детьми воспользовалась салон-вагоном с отдельным паровозом, – они добрались вообще за полтора… Дальше маршрут проходил по воде – по Волге и Каме, и даже рейсовыми пароходами подобное путешествие занимало не более десяти дней. Но управляющий Волжско-Камской пароходной компанией, в которой Даниил имел свою долю, выделил его «Утренней звезде» с детьми самый скоростной и самый лучший пароход. Так что до Перми они добрались всего за пять суток. |