Онлайн книга «Ближние соседи»
|
Из языков Сяосун учил только английский, немецкий он знал, так как по заданию Кавасимы полгода провёл в Германии, добывая некоторые промышленные секреты, неплохо говорил по-японски. У него вообще обнаружились способности к языкам, так что говорить на английском научился быстро, затруднялся лишь в письменном. Преуспевать в остальных дисциплинах помогала отличная память. Сяосун рассчитывал через три месяца сдать экзамены по всем общим предметам, а в последние заниматься только военными. Он внимательно следил за событиями на юге страны, где не прекращались волнения, которые старались подавить разрозненные цинские войска. Там успешно действовали крестьянские отряды под командованием активистов движения Тунмынхуй, созданного революционером Сунь Ятсеном. Где-то в тех краях сражался его друг и названый брат Дэ Чаншунь. Сяосун чувствовал, что с юга задули ветры революции, и после смерти императрицы Цинская династия явственно зашаталась. Правда, сам он не определился, на какую сторону встать, а пока готовился получить погоны младшего командира правительственных войск. Двухсуточная увольнительная – это, конечно, неплохо, отдых нужен даже его выносливому организму, но, с другой стороны, он решительно не знал, чем заняться. Отправиться по злачным местам? Не чувствовал никакой потребности. Просто погулять и подышать? Дело хорошее, но не сорок же восемь часов. Цинхэ – город небольшой, его весь можно обойти за два-три часа, а потом что? Сяосун и задавал себе этот нехитрый вопрос после добровольно-вынужденной прогулки по улицам провинциального города, где фактически и смотреть-то было нечего. Усталости он не ощущал, однако приподнятое в начале настроение постепенно увяло, и теперь он неторопливо шёл по дорожке небольшого городского сада, разглядывая немногочисленных, по случаю дневного времени, прохожих. Внезапно пронзительные женские крики привлекли его внимание. Сяосун осмотрелся, увидел за деревьями клубы дыма и ринулся в ту сторону. Горел верхний, четвёртый этаж особняка, судя по европейскому фасаду, видимо, недавно выстроенного. Напротив дома собралась толпа, именно из неё неслись крики, люди показывали на верхние балконы: на одном из них виднелась женская фигурка. Сяосун с удивлением заметил, что она не мечется, не взывает о помощи, как полагается несчастным жертвам огня, а сосредоточенно чем-то занимается. Он пригляделся и понял, что женщина готовит себе спасение: она вязала верёвку из какихто кусков тканей, то ли постельных простыней, то ли скатертей. И ещё догадался или почуял каким-то шестым чувством, что этих тканей ей не хватит, и она разобьётся. Дольше раздумывать он не стал. Расшнуровал и сбросил солдатские ботинки, рядом кинул френч и, как на приступ, пошёл на стену. Цепляясь за выступы кирпичей пальцами рук и ног, бросая послушное тело в нужную сторону, Сяосун едва ли не за пару секунд буквально взлетел к балкону и тут оступился, однако чудом удержался, да и девушка сама вцепилась в него двумя руками и втащила на балкон. Он мельком взглянул на неё – растрёпанная, вся мордашка в саже, глаза блестят. — Ну, здравствуй, красавица! – небрежно произнёс он, слегка бравируя своей ловкостью. – Спасаться будем? — А я чем, по-твоему, занимаюсь? – сердито обрезала она его шутливый тон, подавая связку простыней и оконных штор. – Давай вяжи. |