Книга Дорога в 1000 ли, страница 31 – Станислав Федотов

Спустя полчаса первыми же выстрелами она уложила нескольких повстанцев, заставив уважительно посмотреть на неё бывалых стрелков. Мищенко специально поднимался к ней на крышу, чтобы убедиться в её боеспособности, и был поражён, увидев, с какой скоростью она перезаряжала винтовку.

— Марьяна, вы этому научились на телефонной станции? – грубовато пошутил он.

— Да, ваше высокоблагородие. Иногда такой вал звонков, что только успевай переключать.

Марьяна посмотрела на удивлённое лицо полковника и расхохоталась. Потом резко посерьёзнела и предложила:

— Закажите, кого из этих, – кивнула в сторону противника, – подстрелить.

— До них шагов триста, не меньше, – засомневался Мищенко. – Неужели достанешь? – Он незаметно перешёл на «ты».

— Вот и посмотрите, – отозвалась Марьяна.

— Ну-у… тогда вон видишь: в мундире офицера?

Среди повстанцев и солдат, укрывавшихся за постройками и кустами, мельтешил некто в зелёном мундире с бамбуковой палкой – явно командовал.

— Вижу.

— Попробуй его снять.

— Тут и пробовать нечего, – хмыкнула Марьяна.

Она прицелилась, почти приложившись щекой к ложу винтовки, и хлёстким кнутом ударивший выстрел подкосил ноги офицера – тот запрокинулся и рухнул на спину. Вокруг него забегали солдаты.

Марьяна открыла затвор, выбросивший отработанную гильзу, вложила новый патрон и лёгким движением – раз и два! – заперла замок.

Прицелилась, ещё один удар кнута, ещё один, на этот раз здоровенный боксёр, улёгся под куст акации.

— Ловко! – только и смог произнести Мищенко.

Три дня тысячное скопище боксёров и солдат не могло взять два барака. К счастью, пушек у них не было, но ружейной стрельбы хватало. Поначалу были и гранаты, но они быстро закончились. Бревенчатые стены бараков выдерживали и пули, и осколки гранат. Зато выстрелы стражников из окон и с чердаков оказались настолько успешными, что вынудили осаждавших держаться от бараков на приличном расстоянии и искать укрытия. Были попытки поджечь строения с помощью горящих факелов, но, после того как несколько факельщиков полегли, не успев даже их бросить, от этой затеи отказались.

Однако без жертв не обошлось. Сколько полегло с китайской стороны, осталось неизвестным, а отряд Мищенко потерял пять стражников тяжело раненными. Случайные, видимо, срикошетившие пули китайцев унесли жизни двух детей и трёх рабочих; несколько человек также получили ранения разной тяжести.

В поздний вечерний час, когда китайцы, оставив часовых, улеглись на отдых, полковник собрал совещание командиров групп и руководства станции.

— Что будем делать, господа? – спросил он, оглядывая серые от усталости и грязи лица вахмистров и прапорщиков. Слабый огонь двух сальных свечей делал их ещё более угрюмыми. Станционные служащие – начальники, их заместители и помощники – выглядели не лучше. – Патронов практически нет, еды и воды – тоже. Ещё один день, и с нами будет покончено. Прошу высказываться. Не все знают друг друга, поэтому прошу называть должность и фамилию.

Повисло молчание. Оно длилось минуты полторы, потом один из гражданских (кажется, со станции Яньтай, припомнил Мищенко) поднял руку:

— Позвольте, господин полковник? Начальник участка Вагранов Семён Иванович.

— Слушаем вас, Семён Иванович.

— Я заметил, что с юго-запада плотность мятежников много меньше, чем в остальных направлениях, а солдат вообще не видно. И стреляют оттуда слабее. Что, если нам сделать прорыв в эту сторону и уйти на Айшаньчжуан?