Книга Точка просчета. Необременские музыканты, страница 16 – Ольга Болдырева, Ольга Ермакова

Джемма подмигнула Даниэлю. Тот, чуть приоткрыв от восхищения рот и, кажется, забыв дышать, старался впитать каждый звук. Но знак внимания своего идеала, естественно, не упустил — на правой щеке светло-розовым цветом растеклось смущение. Левую же половину лица юноши еще в детстве изуродовала оспа, превратив в неровный, уродливый шрам.

Люди относились к Даниэлю настороженно и брезгливо — даже в таком заведении, как игорный дом, ему стоило немалого труда добиться уважения. Нежные же барышни, высшего общества и вовсе норовили упасть в обморок при встрече с ним. Но Джем и Бейн, во-первых, видели и не такое, а во-вторых, выросли в мире, где все считались равными. И внешность была последним фактором, по которому люди судили и оценивали друг друга. Хотя бы потому, что земные технологии давным-давно могли исправить почти любые внешние дефекты человека, максимально приблизив каждого к его идеалу.

Так что девушки относились к Даниэлю хоть и несколько снисходительно из-за его восторженной фанатичности, но все-таки с теплом и участием. Точнее, так делала Джем. Бейн была настроена более цинично, воспринимая Сергента, как отличный передатчик новостей и сплетен. Орбиталы, конечно, давали картинку без сбоев. Но не могли посмотреть на проблему глазами местного жителя.

Чувствуя нюансы в отношении к себе, Даниэль избрал дамой сердца Джемму, не уставая воспевать ее красоту и ум, к Ориел же обращался с некоторой опаской.

— И раскинет она и разложит благородных своих королей!^[3].. — задорно распевала Джем, наблюдая, как слушатели притоптывают в такт словам.

Внеплановый концерт пришелся по вкусу всем, а девушки радовались возможности поделиться своими любимыми песнями с благодарной публикой. На станции их ждал Николя, воспринимающий исключительно классику и категорически выступающий против воплей Бейн и Джем над ухом.

Петь же в закрытой каюте было как-то… скучно.

Так что девушки отрывались.

Джемма, взяв паузу, спустилась со стола, чтобы промочить горло. Гитарой тут же завладела Ориел. Вообще-то ее стихией было старое-доброе фортепиано… но и на гитаре изобразить пару аккордов она могла (после пары уроков, взятых у Джем).

Бейн поерзала, удобнее устраиваясь на столе, многообещающе улыбнулась публике и запела, почти заговорила, тихо и вкрадчиво:

— Господа… маски сброшены, карты разложены. Получаем, кому что положено^[4].

Даниэль, поспешивший следом за Джеммой, обнаружил, что та отошла в заднюю комнату. Решив дождаться ее, он присел напротив Спайка, наблюдая, как тот наполняет бокалы янтарной жидкостью. Приятно и сладко пахло яблоками.

— Они удивительные! — выпалил Даниэль.

— Вам достался соперник безбашенный… молитвами вашими.

— Ненормальные! — согласился Спайк, продолжая «колдовать» над коктейлями. — Одна не пьянеет, другая не проигрывает, что вообще не так с этой жизнью?

Юноша, соблазнившись сладким запахом, ближе пододвинул к себе один из стаканов.

— Все мы в зеркале славные… — подвела итог песни Бейн и замолчала.