Книга Точка просчета. Необременские музыканты, страница 177 – Ольга Болдырева, Ольга Ермакова

Прыгун быстро набирал высоту, устремившись к станции.

Джемма, удерживая себя в сознании из чистого упрямства, сидела рядом с пультом управления и смотрела, как приближается обшарпанный бок ГАЗ-3, украшенный вмятинами и длинными полосами.

— Валите всё на нас, мальчики, — вздохнула Джемма. — Трибунал — так трибунал.

Женя открыл рот, чтобы что-то сказать, но Коля его опередил:

— Невнимательность — не повод для казни. Не вы виноваты в смерти людей. А что проглядели? Так мы же не военные, а самые простые наблюдатели без особых полномочий. Вылечитесь для начала, а уже потом вместе сядем думать, что делать.

На связь с Прыгуном вышел Макс:

— Операционная уже готова. Но я один с четырьмя пациентами не справлюсь. Женя, будешь ассистировать.

— Что? — сглотнул Жекахов. После случая с Нейманом его мутило от вида крови.

Связь прервалась.

— Мы можем не успеть… — прошептала Джемма, не решаясь посмотреть на Елента и Олдера.

Белая, как полотно, Бейн тоже не подавала признаков жизни.

Новые регенераторы на станции могли залечить почти любое повреждение. Но воскрешать мертвых, увы, не умели.

Бортовой журнал станции ГАЗ-3: избранное и незапротоколированное.

(Наконец-то в хронологическом порядке, потому что Николя!)

Джемма и Ориел неустанно дежурили перед реанимационным блоком, даже в туалет отлучались по очереди. Макс двери специально заблокировал, чтобы показать девушкам, как бесплодны их надежды прорваться внутрь. Еще Нейман рассчитывал, что Бейн и Джем, обломав зубы о стальные створки, соизволят выспаться.

Тщетно.

Ориел, которая сама встала на ноги всего пять дней назад, подумывала, как можно двери выбить. А Джемма (пока безуспешно) ковырялась в коде, надеясь взломать новый пароль Максима. Впрочем, волновались девушки не на пустом месте: Олдер и Елент не приходили в себя вторую неделю. И показатели давно нормализовались, и от ударов кинжалом шрамов не осталось, и организмы от токсина очистились, а мужчины все не могли выйти из комы. Щукин сразу заявил, что глупо было надеяться, что земные препараты помогут в нужном объёме. Нейман неоптимистично добавил, мол, главное, чтобы не навредили еще больше. Жекахов с Джем и Бейн просто не разговаривал.

Хотя уж, что точно было девушкам неинтересно, так это обиды Женечки. У них имелись и более серьезные проблемы. Например, трибунал за «нарушение естественного хода истории наблюдаемого объекта», «несоблюдение устава программы „Наблюдатель“», «невыполнение служебных обязанностей, повлекшее за собой массовую гибель людей», «содействие незаконным группировкам» и еще много «замечательных» выдержек и статей.

И сама трагедия на Соборной площади не давала Джемме и Ориел спокойно спать. Впрочем, тут надо сказать спасибо Коле и Жене — без их действий жертв могло быть гораздо больше. После того, как ребята добрались до станции, Щукин заставил ЖКХ ассистировать Максу, а сам вернулся на планету спасать тех, кого можно. А когда состояние Бейн, Олдера и Елента из критичного стало стабильным (хоть и тяжелым), Женя сам умчался на Астрею помогать Коле.

Джемма, сидя в поставленном в коридоре кресле, гипнотизировала взглядом створки дверей. Ориел прохаживалась вперед-назад, считая шаги. Заслышав тихий шелест антигравов инвалидного кресла, они жадно уставились на Макса, ожидая хоть каких-нибудь новостей.