Книга Охотники на принцесс, страница 89 – Ольга Болдырева

— Беды в моем доме частые гости, господин, — печально улыбнулась девушка и быстро прошла мимо меня к изображению Сирин.

В неровном свете я смог разглядеть, что незнакомка совсем юна — около семнадцати лет. Тоненькая как стебелек и серая, будто церковная мышь — невзрачное остроскулое лицо, русые волосы, заплетенные в скудную косу, пятна веснушек, расползшиеся по вздернутому носу и щекам, тонкие губы и бледные глаза, под которыми залегли глубокие тени от усталости и недосыпа. Девушка показалась мне слишком хрупкой для человечки и совсем потерянной.

— Неужели тебе больше некого попросить о помощи? — я дождался, когда незнакомка закончит шептать слова молитвы.

— Увы, господин.

— Еще кланяться начни, — раздраженно бросил я и осознал, что несколько минут неприлично пристально рассматриваю девушку; было в ней что-то особенное, чему я не мог найти определения. — Мое имя Нераэль.

— Вита, — представилась человечка и неуверенно улыбнулась. — Просто сегодня выдался особенно плохой день. Обычно я сильная и справляюсь с бедами сама.

Наверное, меня подкупило то, что улыбка у Виты была искренней, без единого намека на кокетство.

— Не будем усугублять день прогулками по темному городу в одиночестве. Я провожу тебя.

Удивительно, но вместо радости на конопатом лице отразилось сомнение.

— Благодарю, — Вита запнулась и продолжила, осторожно подбирая слова: — Не думаю, что это хорошая идея. Я слышала, что перворожденные редко оказывают человеческим девушкам знаки внимания, и заканчиваются они обычно не очень приятно.

В смысле «не очень приятно»?! Обычно девушки сами к эльфам в постель прыгают! А у этой какая-то нестандартная реакция. Тем более, что ничего подобного я в виду не имел. И не уверен, что среди моих соплеменников найдется хоть кто-то, кто польстится на эти кости.

— Обещаю не приставать. А ты по дороге расскажешь новости вашего города. Договорились?

Вита кивнула и вложила свою маленькую ладонь в мою.

— Боюсь, рассказ тебе не понравится, — с заметным сомнением, но она все-таки перешла на «ты». — В городе неспокойно.

— Это я и так знаю — среди моих спутников есть ловец. Что именно неспокойно?

При упоминании служителя Сирин Вита ожидаемо вздрогнула. Несмотря на то, что ловцы защищали людей, те все равно боялись их. Слишком тяжелым грузом ложились на плечи собственные грехи и провинности рядом с посланниками.

— Дети пропадают…

— Много? — вот это очень плохо.

— Трое, — девушка втянула голову в плечи и зябко поежилась. — На кладбище видели тени… я тоже.

Я уже открыл рот спросить, что она забыла среди могил, как Вита пояснила:

— Родителей и брата навещала. Я теперь одна.

— Соболезную.

Человечка обернулась ко мне.

— Перворожденный, не знающий смерти, соболезнует? — в этот момент она показалась мне не такой уж и беззащитной. Даже немного ироничной. Впрочем, люди часто обращают боль и гнев на нас, эльфов, забывая, что и перворожденного также легко отправить в пределы создательницы.

Но напоминать Вите об этом нюансе я не стал. Наоборот, было приятно, что девушка перестала заискивать и общалась спокойно, уже не боясь, что ее одернут и прикажут вспомнить свое место.

Мы прошли несколько улиц вверх и остановились у небольшой аптекарской лавки. Несмотря на ее скромность, вокруг все было чисто, над дверью висел свежий венок из трав. Бедно, но аккуратно.