Книга Принцип отражения, страница 52 – Ольга Болдырева

Игорь вспомнил, как Война убил того странного человека на улице. Да, это выглядело чуть лучше, чем Саломея в фартуке, варящая борщ из какого-нибудь неудачника и добавляющая в большую кастрюлю (из которой торчит нога) лавровые листья.

— Но только в будущем?

— Да, до этого придется... хм, скажем так, эволюционировать. Тем более, что твой метаболизм сейчас отличается от человеческого. Смотри...

Воронцов, свернув окошко браузера с записью летсплея, пощелкал мышью, отыскивая нужный файл, и открыл его Игорю, сделав приглашающий жест. Кое-как вникнув в сухой научный стиль изложения с большим количеством специфических терминов, парень понял, что перед ним оценка сходных и различных параметров мервей и нерилов.

— Мерви - негатив нерилов, - спокойным лекторским тоном пояснил Воронцов, - то же самое, только со знаком минус. Соответственно, напрашивается вывод, что если у нерилов есть данумы, то свои уникальные способности должны быть у каждой мерви. А,  возможно, есть такие особи, которые могут влиять на своих собратьев. Как инквизиторы - на нас. И вот, что интересно. Когда одна мервь поглощает другую, она частично перенимает ее силу и опыт. А когда человека - заложенный в него потенциал развития.

— То есть... - Игоря передернуло.

— Чем больше и чаще мервь убивает, тем сильнее становится. Здесь собрались те, кто забрали не одну сотню чужих жизней. А поскольку ты ближе к мервям, чем к людям или нерилам, я и пытаюсь развивать твои способности этим способом.

Ионов кивнул.

— А нерилы? - неужели по вечерам Воронцов готовит дома котлеты из коллег?

— Не пробовал, - усмехнулся мужчина. - У меня специфические способности и  чужой данум мог бы их изменить. Но время еще на это будет. Так что ты решил? Про людей, так и быть, пока забудем. На время. А дальше, уверен, ты сам изменишь свое отношение к пище.

Игорь мрачно уставился в кружку.

Еще совсем недавно, разглядывая огненные крылья Олега, он жутко завидовал другу и мечтал, чтобы у него тоже появилась какая-нибудь способность. А теперь, получив такой неожиданный «подарок» от мироздания, не знал, куда от него деться. Он ведь чуть не напал на сестру. А потом все-таки набросился на Олега. К тому же в ушах у него до сих пор звучали слова Матвеева-старшего. Игорь надеялся здесь научиться контролировать это. Война же не тронул Настю? Вообще никак не проявил возможного гастрономического интереса. Да и Саломею сложно представить потерявшей контроль и бросающейся на кого попало. Значит, это вполне реально.

Но вот то, что хотел от него Воронцов, шло вразрез с мыслями Игоря.

Александр следил за ним, хитро прищурившись, будто бы прекрасно знал, о чем думает парень и как судорожно ищет возможности отступить и выиграть время. Длинные узловатые пальцы мужчины отбивали по столешнице как-то привязчивый ритм, путая Ионова.

— Саломея, - позвал Воронцов, и морта не замедлила бесшумно появиться на пороге лаборатории.

— Что прикажете, Владыка? - удивительно, но даже сейчас на ее лице сохранялась вежливая отстраненность, хотя Игорю казалось, что к своему начальству морта все-таки что-то чувствовала.

— Наш гость тратит мое время. Зафиксируй его, пожалуйста.

Смысл слов еще только доходил до Ионова, а Саломея уже молниеносно приблизилась к парню и сдернула его на пол, поставив на колени. Одной рукой морта,  будто бы гранитной плитой, удерживала его за плечо, не позволяя даже шевельнуться, а другой схватила Игоря за горло, перекрывая доступ кислорода в легкие. Перед глазами потемнело от боли. А в следующий момент Александр с силой разжал ему челюсти и влил содержимое кружки в рот.