Книга Слуга, страница 128 – Ольга Болдырева

Вчера я сказал, что магии в оковах хватит примерно на пять-восемь встреч с нечистой силой. Даже если бы за раз пришлось выкладываться по полной и отправлять в ад не меньше десяти особей, я бы справился. По одной-три твари – и на больше бы растянул.

Сейчас колдовского огня оставалось на два-четыре раза. А я ведь до сих пор не выяснил, сколько бесов прорвалось в наш мир, и не вспоминал про демона. Не говоря уже о внештатных ситуациях и законе подлости…

— Рихтер, все в порядке? – по-прежнему тихо, но с отголоском беспокойства уточнила фон Латгард.

Очевидно, мне не удалось удержать на лице непроницаемое выражение.

— Да. Все прекрасно, – соврал я.

Мог бы просто сказать правду. Но упрямство вместе с гордостью перехватили горло сильнее ошейника, не позволяя признаться, что совсем скоро я превращусь в бесполезный мешок мяса и костей.

Дрянь!

Так, выдыхай, Лазарь, ничего непоправимого не случилось. Пока. Если экономить и хоть немного думать над своими действиями, оставшейся силы хватит и на бесов, и на демона. Дальше уж как-нибудь перезимую – не умру. А умру – ну и черт со мной.

В любом случае признаться у меня еще будет время.

Я воспользовался короткой молитвой. Одной фразы едва хватило, чтобы пробудить внутри благодать. В этот раз она не то что не разгорелась – едва тлела у сердца, не согревая и не наполняя привычным блаженством. Даже привычного горьковатого запаха не появилось.

— Слава Йехи Готте, крови Его и Духу Его святому, и ныне, и присно, и во веки веков…

Бледный свет, окруживший меня, едва различимый за закатными лучами, вырисовал в пяти клафтерах полупрозрачную тушу. Бес замер, таращась куда-то мимо нас. Он только приготовился к нападению, и в бессмысленных глазах, мне показалось, даже мелькнули недоумение и страх. Удерживая внутри искры дара, я приблизился к твари и благословляющим жестом коснулся выпуклого широкого лба.

— Аминь.

На белый, еще не вытоптанный снег осыпалась горстка пыли. Оковы остались холодными. Это было непривычно, мне хотелось схватиться за них, зачерпнуть больше дара, чтобы ощутить жар и блаженство, но я сжал кулаки и, на секунду зажмурившись до цветных пятен под веками, взял себя в руки. Прорвемся. Мне не впервой находить выход из самых патовых ситуаций.

Жаль, при этом всегда гибнет много людей.

За офицерским общежитием, в глубине замковых построек, расположилось одноэтажное вытянутое здание, соединенное с главной башней узким переходом. В глаза бросились высокие арочные окна и большое количество декоративных, обвитых ветвями колонн с обильно украшенными капителями. Судя по свежей кладке, еще не познавшей разрушительного течения времени, и переход, и сам лазарет были новоделом. И совсем уж неуместно центральный вход украшал витраж, напоминающий храмовые окна-розы.

Архитектурный стиль я знал, но названия не помнил – что-то новое, появившееся в Бердене в этом десятилетии и пока сильно не прижившееся.

— Кто вам построил такое? – не удержался от ехидства. – Тут не людей лечить, а балы устраивать.