Книга Пробуждение бога, страница 39 – Ольга Болдырева, Ольга Ермакова

— Гуляем, — осторожно ответил Алекс, приготовившись скомандовать остальным, рвать когти, не оглядываясь.

Рядом напрягся Теодор. У него парень тоже вызывал парень тревогу и чувство дискомфорта. Казалось, что вокруг лаборанта воздух темнее и гуще, чем в остальной галерее. Тот нахмурился, но не успел задать следующий вопрос, как помещение поплыло, будто горячий воск по свече, и ребята снова остались одни в окружении полуразваленных стен.

— Вы не заметили, что в момент изменения пространства не только свет мигает, но и воздух рябит? — Кестер сжал руки в замок.

— Ага, а еще блекнет, — подтвердила Лили.

— Вокруг нас все выцветшее, как оно может становиться еще бледнее? — с раздражением вздохнул Айвен. — Хотя, кажется, вы правы…

— Я одна заметила трупные пятна на шее этого парня? — осторожно уточнила Тоха.

Остальные, резко прекратив обсуждения, посмотрели на танатолога со священным ужасом. С ними разговаривал мертвец? А все те люди в зале? Они тоже были неживыми?

— Лично меня волнует вопрос, как долго он уже мертв…

— И все? А не волнует, что он мог нас сожрать и даже не подавиться? — тоненько взвизгнула Лили.

— Все выдохнули и включили логику, — попросил Рут, которому вопросы жены тоже не нравились, но требовалось рассуждать здраво. — Мы знаем, что хроно-институт занимался изучением временных аномалий и что один из экспериментов закончился трагедией. И если посмотреть вокруг, на все, что мы сегодня увидели, получается, это был не просто выброс энергии — аномалия, выйдя из-под контроля, поглотила все здание и людей в нем.

— То есть, мы находимся в постоянно меняющем структуру временном разрыве? — подхватил мысль Готхольд.

Действительно, за несколько столетий институт перестраивался столько раз, что на одном и том же месте бывали и залы, и кабинеты, и коридоры.

— Если вспомнить еще и надписи, которые, кажется, оставляют запертые здесь сотрудники, — Одра зябко передернула плечами, — получается, что внутри времени просто нет.

— Эффект безвременья, — предложила Энтони, — можно хоть диссертацию писать.

— По ощущениям мы бродим второй час, но определить точно, сколько именно, уже невозможно, как и восстановить линейность событий.

— Время наслоилось само на себя.

— Как торт “Император”, — кивнула Одра.

Все промолчали, выразительно смотря на девушку.

— Что? — не выдержала Блеир: — Я жрать хочу.

Тео закатил глаза и вытащил из рюкзака бутерброды. Судя по голодным глазам боевиков, их группа оказалась менее предусмотрительна.

Решив, что комната вполне сойдет для перекуса, студенты устроились на полу. Несколько минут все сосредоточенно жевали и тихо прихлебывали горячий чай, передавая друг другу небольшую крышку термоса, исполняющую роль чашки.

— Студенческий ночной дожор, — улыбнулась Энтони, — раз у нас передышка, расскажите, как сюда попали.

— Группа Корфа идти отказалась, с нашего факультета тоже других дураков не нашлось, а мы назло полезли, мол, все трусы, а мы — герои, — скорчил рожу Ян, — а затем этот идиот, — он показал на Айвена, — прочитал заклинание истины. Хотел, понимаете ли, посмотреть, как институт выглядел.

— Посмотрел… — фыркнул Алекс.

Какая здесь может быть истина, если здание каждое мгновение изменяется одновременно в прошлом, настоящем и будущем?