Онлайн книга «Дело чести»
|
— Я… Я не сильна в политике, мэм. — Не бери в голову, милочка. А чем занимается твой отец? — Он один из тех замызганных трудяг, кто вынужден каждый день вставать в шесть утра и идти на работу на одну из фабрик, чтобы прокормить семью, — глухо сказала девушка. Она уже начала жалеть, что попалась на это объявление в газете. В конце концов, можно было поискать и другие вакансии, благо потребность состоятельных господ в прислуге, няньках и сиделках никогда не уменьшалась. — Что ж, в принципе, мне всё стало более-менее понятно, — Катрин со вздохом отложила вязание и взяла с того же столика небольшой серебряный колокольчик на короткой, искрящейся в желтоватом свете электрической люстры цепочке. — Присаживайся, дитя, в ногах правды нет. У нас ещё будет время потрещать, как старым добрым подругам. — Это значит, что я принята, миссис Гиллрой? — опустившись на самый краешек второго кресла, спросила Элен. Девушка уже и не знала, радоваться ей или огорчаться. С одной стороны, возможность заработать, безусловно, очень радовала, с другой придётся мириться с тяжёлым и стервозным характером хозяйки. И ещё неизвестно, что из себя представляет мистер Гиллрой. А вдруг он сноб под стать супруге? У Элен голова пошла кругом от разом выросших на пустом месте вопросов. Катрин потрясла колокольчик, отозвавшийся чистым звонким голосом. — Думаю, ты не откажешься от чашки крепкого чёрного чая, — Катрин не спрашивала, она утверждала. И Элен ничего не оставалось, как кивнуть. Она находилась в этом доме уже более часа и успела понять одну вещь — Катрин Гиллрой лучше не перечить. — Замечательное выдалось утро, не находишь? — Катрин поставила колокольчик на стол и расправила оборки длинного тёмно-синего платья — Особенно после вчерашней мерзкой дождливой погоды. Ненавижу слякоть. От осенней сырости у меня начинают ныть кости. Я уже далеко не так молода, как хотелось бы… — Вы прекрасно выглядите, мэм, — Элен вовремя сообразила заполнить возникшую в реплике Катрин пустоту нужными словами. — Ах, дитя моё! — женщина притворно закатила глаза. — Сколько тебе лет? Не больше двадцати, верно? — Девятнадцать. — Превосходный возраст, превосходный! Я в свои сорок шесть кажусь себе старой изломанной клячей. Но только, чур, это между нами, — Катрин, чуть наклонившись вперёд, заговорщицки подмигнула Элен холодным бесстрастным глазом. — Даже мой муж не знает, сколько мне лет. Элен словно примёрзла к сидению кресла, боясь пошевелиться. Она не знала, как отреагировать на очередную откровенность Катрин. На её счастье, миссис Гиллрой успокаивающе усмехнулась: — Я пошутила, милочка. Джеймс знает обо мне всё. Даже то, что ему знать и не надо. У тебя есть братья или сёстры? Облегчённо выдохнув, Элен торопливо сказала: — Да, у меня есть младший братишка, мэм. Тони всего восемь лет. — О-о-о, ну, тогда тебе будет привычно в своём новом амплуа. Ты же никогда не работала нянькой, не так ли? — Не приходилось, мэм. Но я уверена, что справлюсь. У меня есть опыт работы горничной, сиделки. Я не боюсь трудностей. Вы же наверняка читали мои рекомендательные письма… Катрин небрежно отмахнулась: — Боже, дитя, уволь меня от этих бумажек. Я вижу людей насквозь и безо всяких рекомендаций. Мне достаточно посмотреть тебе в глаза, чтобы сказать, что хорошие рекомендации ты получила именно за свою работу, а не за то, что вовремя раздвинула ножки ради пары необходимых подписей. |