Книга Иллюзия закона, страница 233 – Максим Шторм

— Немедленно прекратите так говорить! – возмутился Гордон. – Я не желаю слушать о том, кем вы себя считаете. Вы неправы, мисс Барлоу. Неправы. Я не хочу ворошить ваше прошлое, копаться в тех ошибках, что вы когда-либо совершали. Мы все не без греха. Но вы сильно себя очерняете. Вы говорите о себе в крайне неприглядном свете. Это не так. Вы не такая!

Генриетта встряхнула локонами тяжёлых волос и приподняла голову. Её лицо оказалось всего лишь в нескольких дюймах от лица Крейга. У Гордона учащённо забился пульс, когда он рассмотрел, что на глазах у девушки заблестели слёзы. Её лицо, окрашенное ночной мглою, казалось сотканным из теней. Он боялся лишний раз пошевелится, чтобы этот прекрасный мираж не развеялся. Ему так захотелось протянуть руку и стереть слёзы с её щёк… Решившись, он протянул руку и прикоснулся пальцем к лицу Генриетты, поражаясь, какая у неё гладкая и нежная кожа. Он вытер сбежавшую из глаза слезинку и машинально сунул палец в рот.

— Что вы делаете? – смущённо прошептала девушка, суетливо промокая глаза воротником кофточки.

— Я хочу знать, каковы на вкус ваши слёзы. Хочу запомнить, чтобы больше впредь никогда не допустить подобного, – серьёзно ответил Крейг. – Они действительно солёные. Как и говорят… Больше я не хочу ощущать вкус ваших слёз, мисс Барлоу.

— Даже если это будут слёзы радости? – она улыбнулась и Крейгу почудилось, что её улыбка разогнала сумрак тесной кабины кэба.

— У слёз радости наверняка другой привкус.

— А вы бы хотели его попробовать?

— Да.

Генриетта грустно улыбнулась. Гордон, привыкший к темноте, это отчётливо увидел. Он внутренне сжался. Откашлялся и сказал, поражаясь тому, каким робким и умоляющим звучит его голос:

— Мисс Барлоу… Генриетта… Я бы хотел спросить… Я спрашиваю напрямую, как джентльмен, у которого исключительно чистые и светлые помыслы. Безо всякой задней мысли… Я хотел узнать, не согласились бы вы уехать из этого города вместе со мной? Вы бы согласились жить в моём доме?

— Уехать с вами? – судя по изумлённому возгласу, Генриетта совершенно не ожидала подобного вопроса. – Вы, должно быть, шутите!

Крейг стыдливо опустил глаза, порадовавшись, что в кэбе темно. Девушка хоть не увидит, как он покраснел. Мысленно чертыхнувшись, он промямлил:

— Простите, должно быть, я слишком прямолинеен и позволяю себе много лишнего… Вы не иначе как неправильно меня поняли. Я прошу прощения, мисс Барлоу.

Изящная женская рука крепко сжала его запястье, и девушка тихо сказала:

— Генриетта. Пожалуйста, зовите меня Генриетта. Мне нравится, как звучит моё имя в ваших устах.

— О.

— Вы на самом деле хотите, чтобы я поехала с вами?

Учёный повторно откашлялся и твёрдо сказал:

— Всем сердцем. И клянусь, вы не секунды не пожалеете об этом.

— Хотите, чтобы я жила в вашем доме? Я, вконец запутавшаяся в себе, падшая девка с сомнительным прошлым и кучей неприятностей на хвосте?

— Да.

— И в качестве кого я буду находиться я вашем доме? – в голосе девушки отчётливо порезалось напряжение. Крейг её отлично понимал. Он склонился над ней и прошептал прямо на ухо:

— В качестве моей музы. Я же учёный. Вы будет вдохновлять меня, Генриетта.

Она стиснула его обеими руками, всхлипнула и сказала:

— Мне можно подумать над вашим предложением?

— Сколько вам будет угодно, – скрепя сердце, согласился Крейг. Но надежды не потерял. Нет, он увезёт её во что бы то не стало. – Вы снова плачете.